Кусан-сыним - Мудрость Каменного Льва

Материал из Buddha World.


На перекрестье дорог стоит каменный лев.
Ни слова не говоря, он извещает тех, кто проходит мимо него.
Он приветствует тех, кто приходит, и прощается с теми, кто уходит.
В полнейшем молчании он провозглашает бесконечную проповедь Дхармы.

Что за Дхарму он проповедует?

Посреди ночи с восходом солнца Лев выступает из своего логова и рычит: Видит слепой и глухой ясно слышит. Ты понимаешь это?


НАСТАВЛЕНИЯ В СОЗЕРЦАНИИ

Петляя повсюду Среди зеленых деревьев, Золотой челнок Иволги Ткет шелк Цвета весны. Сидит монах, Дремлет... Улыбаются даже камни.


СОЗЕРЦАНИЕ ХВАДУ

Человек состоит из тела и ума. Тело без ума - это попросту труп. Ум без тела - всего лишь бесплот ный дух. Тот, кто, хотя и обладая и телом, и умом, знает только тело, называется живым существом. В це лом, под живым существом понимается любое существо, обладающее сознательной жизнью. Птицы, что летают в небе, звери, что бегают по земле, рыбы, что плавают в воде, равно как и мельчайшие организмы, - все это жи вые существа. Люди считаются высшими в сравнении с другими созданиями. Но как можно считать высшим того, кто знает лишь свое тело и не ведает о природе собствен ного ума. Тот, кто знает лишь тело, но не ум,- непол ная личность. Однако, если человек ищет ум и пробуж- дается к нему, он осуществит полноту: ведь тогда он узнает и тело, и ум. Подобная пробужденная личность считается буддой, владыкой всего, достойным человеком. Это тот, кто превзошел обыденное. Слово "будда" означает "пробуж денный". Таким образом, если вы пробудитесь, то ста нете буддой. Но если ум будды затемнен, он будет жи вым существом. По пробуждении, этот мир становится Чистой Землей. Но пока вы озабочены только телом и порабощены тем, что вас окружает, этот мир будет ос таваться царством омрачения. Цель практики созерцания (дзэн) - пробудиться к уму. Такая практика не подразумевает просто сидеть в тишине и пытаться успокоить и умиротворить ум. Не включает она и наблюдения за дыханием. Вместо того, она требует прямого исследования хваду. Примером хва ду может быть такой вопрос, как "Что это такое ?" или "Что такое этот ум ?" То, что вы ищете, может быть названо множеством разных имен: ум, дух, душа, истин ная природа и так далее. Но подобные обозначения - это просто ярлыки. Вы должны отложить в сторону все эти имена и поразмышлять над тем, что истинный влады ка тела есть нечто большее, чем просто ярлык "ум". Владыка тела это не будда, так как он еще не пробуж ден. Не является он и чем-то материальным, поскольку его нельзя физически дать или получить. Не является он и просто пустым пространством, ибо пустое прост ранство не может ставить вопросы или обладать знанием о добре и зле. Отсюда следует, что есть владыка, правящий этим телом, который не есть ни ярлык "ум", ни будда, ни что-то материальное, ни пустое пространство. Когда эти четыре возможности подвергнуты отрицанию, возни кает вопрос, кто же на самом деле этот владыка. Если вы продолжите исследовать таким образом, вопрошание станет более интенсивным. В конце концов, когда масса вопрошания возрастет до критической точки, она вне запно взорвется. Вся вселенная разлетится вдребезги, и только ваша изначальная природа предстанет перед вами. Так вы пробудитесь. Самое важное - это непрестанно исследовать хваду с непреклонной решимостью. Вначале вы можете чувство- вать такую тяжесть, как если бы пытались поднять сла бой рукой ведро, полное воды. Пусть даже так, но вы никогда не должны ослаблять свои усилия. Более того, что бы вы ни делали, вашей единственной заботой долж но быть хваду, и ничто иное. Если часы ненадежны и все время останавливаются, всякий разумный человек либо исправит их, либо от них избавится. Сходным об разом, практикуя созерцание, вы должны прилагать неп рестанные усилия и не позволять себе лениться. В созерцании дзэн ключевым фактором является поддержание постоянного чувства вопрошания. Так, взявшись за хваду "Что это такое?", старайтесь все время поддерживать вопрошание: "Что видит?", "Что слышит?", "Что двигает этими руками и ногами?" и так далее. Прежде, чем начальное чувство вопрошания по тускнеет, нужно заново поднять вопрос. Таким образом, процесс вопрошания может продолжаться, не прерываясь, с каждым следующим вопросом, накладывающимся на пре дыдущий. Вдобавок, вы должны пытаться сделать это на ложение гладким и регулярным. Но это не значит, что вы просто механически повторяете вопрос, как если бы это была мантра. Бесполезно просто говорить себе день и ночь: "Что это такое?", "Что это такое?" Ключ в том, чтобы поддерживать чувство вопрошания, а не в повторении слов. Как только это исследование придет в движение, для скуки не останется места. Если ум оста ется спокоен, хваду не будет забыто и чувство вопро шания будет длиться непрерывно. Таким образом, про буждение будет легким. В созерцании мудрость и сосредоточенность должны взращиваться в единстве. Если есть только мудрость без сосредоточенности, усилятся ложные взгляды. А ес ли есть только сосредоточенность без мудрости, воз растает неведение. Когда однонаправленно всматрива ешься в хваду "Что это такое?", отчетливость хваду становится мудростью, а пресечение рассеянных мыслей - сосредоточенностью. Созерцание можно уподобить сра жению блуждающих мыслей и сонливости ума, с одной стороны, и хваду, с другой. Чем сильнее будет стано виться хваду, тем слабее будут блуждающие мысли и сонливость. Вы не первые и не последние, кто вступит на этот путь. Так что не теряйте мужества, когда временами будете находить практику трудной. Все патриархи древ ности, равно как и современные наставники, испытывали трудности на этом пути. Более того, не обязательно, что у самого добродетельного и умного человека будет самый стремительный прогресс. Иногда верно противопо ложное. Есть много примеров зловредных и недоброде тельных людей, которые, обратив свое внимание внутрь, к практике созерцания, быстро совершали прорыв. Так что не чувствуйте себя проигравшими, еще по-настояще му не начав. Древний наставник однажды сказал, что с течением дней вы увидите, как ваши мысли становятся одним и тем же с хваду, а хваду становится одним и тем же с вашими мыслями. Это совершенно верно. По большому счету, о практике дзэн можно сказать, что это как са- мое простое, так и самое сложное дело. Однако не об манывайте себя этим, думая, что это будет либо очень просто, либо невероятно трудно. Просто каждое утро решайте пробудиться до наступления ночи. Усиливайте это намерение каждый день, пока оно не станет так же неисчерпаемо, как пески Ганга. Нет никого, кто мог бы совершить это за вас. Го лод ученика нельзя утолить тем, что учитель поест за него. Это подобно состязанию в марафоне. Победителем станет либо самый подготовленный, либо самый реши- тельный. Победа в гонке зависит исключительно от лич ных качеств. Подобным образом, чтобы достичь цели ва шей практики, не отвлекайтесь на то, что не связано с этой задачей. На это время просто оставьте все как есть и выбросьте все лишнее из головы. Лишь пробудив- шись, вы сможете по-настоящему приносить благо дру гим. Следите за тем, чтобы никогда не пренебрегать нравственными заповедями, которые служат основой ва шей практики созерцания. И еще: не старайтесь наме ренно выглядеть погруженными в себя и задумчивыми. Вполне возможно заниматься своей практикой дзэн без того, чтобы другие знали, что вы делаете. Однако, когда ваша поглощенность хваду становится особенно интенсивной, ваше внимание к внешнему может умень- шиться. Это может выразиться в том, что вы будете ка заться не от мира сего. Говорят, что в это время хва ду начинает созревать и ум становится все острее и однонаправленнее, как хороший меч. В этой точке жиз ненно важно продолжать свою практику с рвением напа дающего бойца. Вы должны полностью вовлечься в хваду, исключив все остальное. Если вы можете сделать так, что ваши тело и ум станут одним и тем же с хваду, то в завершение неве дение само собой разлетится вдребезги. Вы впадете в состояние полного незнания, неизвестности и вопроша ния. Те, кто много учился, даже забудут то, что ранее изучили. Но это не конечное и не последнее состояние. Достигнув этой точки, вы должны снова продвигаться далее, к ступени, на которой, хотя у вас есть уши, вы не знаете, как слышать; хотя у вас есть глаза, вы не знаете, как видеть; и хотя у вас есть язык, вы не знаете, как говорить. Достижение места, когда горы - это не горы, а реки - это не реки, может потребовать нескольких лет упорной практики. Поэтому необходимо отбросить прочь все другие заботы и тренировать себя сосредотачивать все свое внимание лишь на безвкусном хваду. Усердно практикуя таким образом, вы, в конце концов, пробудитесь. Тогда вы сможете взять в осаду самих будд и патриархов и победить их. Тогда горы снова станут горами, реки снова станут реками, земля будет землей и небо будет небом. Когда вы переживаете вещи подобным образом, вам следует отправиться к ис кусному учителю, чтобы получить подтверждение своего понимания.


СТУПЕНИ СОЗЕРЦАНИЯ

Обсуждая практику созерцания, часто говорят о людях, обладающих для этого высшими, средними и низ шими способностями. Но эти способности не являются врожденными качествами. Ибо как только родилось силь ное устремление, личность сразу же обретает высшие способности. У стремления, однако, бывают различные уровни. Некоторые люди могут оставить заботы о роди телях и близких и стать монахами или монахинями, что бы достичь состояния будды. Однако, попрактиковав не которое время, они понимают, что цель созерцания не достигается с той же легкостью, с какой можно осту дить горячую кашу, полив ее холодной водой. Такие лю ди могут утратить воодушевление, когда их практика продвигается не так гладко, как они ожидали. Тем не менее, человек высших способностей может отсечь раз личающий разум, как только ему скажут это сделать. Но тем, кто на это неспособен, предстоят большие испыта ния, понадобятся великие усилия и полная решимость прежде, чем они достигнут такого состояния. Ваша практика всегда должна направляться муд ростью. Древний наставник однажды сказал: "Мудрый со зерцатель подобен повару, который искусно готовит в пищу рис, тогда как глупый созерцатель подобен тому, кто готовит для еды песок". Разве можете вы преуспеть в приготовлении риса, готовя в пищу песок? Так давай те же разберемся, как заниматься практикой мудро. Большинство тех, кто созерцает хваду, вначале намерены крепко за него держаться. Но обычно через очень короткое время хваду исчезает, и они попросту теряются в омраченных мыслях. Если кто-то усердствует в такой практике, пробудится ли он когда-нибудь? Дру гие, после нескольких начальных попыток удержаться за хваду, обнаруживают, что оно не появляется перед ними само по себе. Так что они просто сидят, совсем ничего не делая. Такие люди потом спрашивают меня: "И что, по-вашему, там должно быть? Там, определенно, ничего шеньки нет". Проблема здесь в том, что хотя они и пы тались держаться за хваду, но не обнаружили ничего, за что могли бы крепко держаться. Так они приходят к выводу, что там вовсе ничего нет. Но такой вывод дос тигается исключительно рассудком. Действительно, пока вы продолжаете просто интеллектуально различать и концептуализировать, вы не найдете ничего, за что можно было бы крепко ухватиться. Но заявлять в таком случае, что там на самом деле ничегошеньки нет, поп росту глупо. Когда Будда, после шестилетней практики в горах и лесах, увидел, в конце концов, яркую звезду и, вслед за тем, пробудился, его пробуждение не было вызвано просто тем, что он увидел звезду. На самом деле он узрел значительно более великое сияние. Когда древние наставники давали односложные ответы на воп росы учеников, у них были на то веские основания. И когда Бодхидхарма говорил об указании прямо на ум че- ловека, видении его изначальной природы и постижении тем самым состояния будды, у него также были на то серьезные основания. Если бы там действительно ниче гошеньки не было, зачем бы им тогда все это говорить? Это было вовсе не для того, чтобы просто что-то ска зать. Как у Будды, так и у древних наставников, и у Бодхидхармы, у всех у них были веские основания гово рить то, что они говорили. Так что, когда неопытный созерцатель заявляет: "Раз там ничегошеньки нет, так чего же мы ищем?", он говорит бессмыслицу. Более то го, такие слова клевещут на Будду и патриархов, про тивореча тому, что те говорили. Суть в том, чтобы крепко держаться за хваду и непрестанно продвигаться в своей практике. Не имеет значения, исследуете ли вы хваду "Что это такое?", "Нет!" или "Кипарис во дворе". Поначалу вы совершенно не понимаете, о чем эти вопросы. Поэтому, чтобы пол- ностью понять их смысл, вы должны взять хваду в осаду и глубоко в него проникнуть с непрестанным вопрошани ем. Это на самом деле очень просто: вы не понимаете, что имеется в виду, значит нужно открыть это через постоянное вопрошание. Если же вы поняли, то, разуме ется, в дальнейшем вопрошании уже не будет никакой нужды. Величайшая болезнь, которая может поразить то го, кто созерцает хваду,- это отсутствие всякого воп рошания. Совершенно бессмысленно просто механически повторять в своем уме хваду без чувства вопрошания. Когда вы впервые пробуете созерцать, вы можете обнаружить, что неважно, сколь сильна ваша решимость крепко держаться за хваду, ум постоянно одержим блуж дающими мыслями, и прогресс в вашей практике не представляется возможным. Так что же нужно сделать для решения этой проблемы? В это время вы должны пол ностью забыть все, что происходило в прошлом. Ибо ка кая польза от мыслей о том, что уже исчезло? Сходным образом, вам следует прекратить предвкушать то, что может произойти в будущем. Ибо раз это будет зависеть от разнообразных условий, как могут ваши нынешние мысли повлиять на ход будущих событий? Ваше единс твенное действие во время медитации - это сидеть на подстилке для созерцания, исследовать свое хваду и пробуждаться к его смыслу. Помимо этого, ничего боль ше делать не нужно. Так зачем же тратить без нужды это драгоценное время на мысли о том, что было, и о том, что может быть? При этом, как только вы справи тесь с тем, чтобы отсечь все мысли о прошлом и буду щем, вы испытаете состояние пустоты. Это происходит потому, что в данный момент "до" и "после" устранены. Если не можешь достичь этого состояния в связи с нес пособностью контролировать свои мысли о прошлом и бу дущем, то нельзя считать себя истинным практикующим. Помните: вы ответственны единственно за то, чтобы пробудиться путем всматривания в хваду. Как только "до" и "после" устранены, вы входите в состояние пустоты. В это время существует опас ность, что вы можете легко соскользнуть в состояние простого наблюдения пустоты. При таких обстоятельст вах вас не беспокоят ни сонливость, ни блуждающие мысли, но хваду, вдобавок, тоже отсутствует. Если вы просто таким образом наблюдаете пустоту, вы преврати тесь в безмозглое насекомое. Так что это ошибка - просто наблюдать пустоту. Более того, вы не можете позволить себе даже мысль о том, что вы ее не наблю даете. Подобным образом, попытайтесь отбросить даже саму идею о том, что вы не должны позволять возникать такой мысли о ненаблюдении. И, в конце концов, вы должны избавиться и от этой идеи. Тогда вы достигнете точки, когда отброшено все содержимое ума. В это вре мя, поскольку все помехи отсутствуют, если вы возьме тесь за хваду, оно предстанет с исключительной отчет ливостью и ясностью. При таком сосредоточении на хва ду в течение нескольких дней, состояние покоя и от- четливости начнет ясно проявляться. Тогда существует опасность легко поддаться заблуждению, что вы пробу дились. Но это не будет опытом пробуждения. Это прос то восприятие светоносной природы сознания. Если в это время обстоятельства вас отвлекут, то, что предстает перед вами, потускнеет и, в конеч ном счете, скроется. Так что приложите большие усилия к тому, чтобы не отвлекаться, и, вместо того, продол жайте крепко держаться за хваду. При таком продвиже нии то, что предстает перед вами, станет еще ярче и через короткий промежуток времени вы достигнете сос тояния, в котором не сможете сдвинуться ни на вершок ни в каком направлении. Даже если б вы захотели, то не смогли бы сдвинуться ни вперед, ни назад, ни впра во, ни влево. Притом, что хваду остается ясным, вы просто не можете ничего сделать. Более того, хотя та кое состояние достигнуто, не позволяйте возникнуть ни малейшей мысли о том, что вы что-то осуществили. Та кие мысли - это болезнь ума. Вместо этого, со всей серьезностью прочно держитесь за хваду и продолжайте созерцание. После таких усилий вы обнаружите, что да же без преднамеренного вызывания хваду, оно будет присутствовать само по себе. Без того, чтобы намерен но думать о хваду, мысль о нем будет всегда с вами: когда вы сидите, хваду сидит; когда стоите, хваду стоит; когда лежите, хваду лежит. Когда такое проис ходит, вы действительно можете сказать, что хваду присутствует повсюду и что практика продвигается хо рошо. Тем не менее, вы должны усердно и настойчиво продолжать, так как все еще существует опасность отс тупления. По достижении такого состояния важно посовето- ваться с мудрым учителем о том, как продвигаться дальше. Потому что, с одной стороны, такой опыт легко можно ошибочно принять за пробуждение, а с другой, вы можете попросту пребывать в растерянности в отношении того, что же делать дальше. Мудрым учителем в данном случае является тот, кто способен ясно показать путь вперед, чтобы ваша практика могла продвигаться. Одна ко, есть некоторые учителя, которые из-за недостатка понимания могут посоветовать вам выбрать в этой точке другое хваду. Но это не будет хорошим советом, а та кие люди - не мудрые учителя. В это время то, что стоит между вами и пробуждением, тонко, как один-единственный лист белой бумаги. И ответствен- ность хорошего учителя заключается в том, чтобы пока зать вам настолько ясно, насколько он может, правиль ный способ прорваться через этот лист. В это время вам нужно продвигаться с такими же усердием и решимостью, как и у начинающего. Теперь настал момент проявить окончательную решимость. В на чале практики вашу решимость можно сравнить с вымачи ванием соломы для плетения сандалий. Теперь же, когда практика приблизилась к своей цели, вашу окончатель ную решимость можно сравнить с решимостью того, кто должен разрубить невероятный узел одним ударом меча. Все другие заботы должны быть без разбора отброшены прочь. Если вы должны умереть, вы умрете; если должны жить, вы будете жить. Развив такую решимость, вы уже можете достигнуть цели за одну неделю. Так, осозна вая, что это самый критический момент, вы со всем усердием должны подготовить себя к еще одной схватке. Тогда это будет окончательной решимостью. Вы можете спросить, почему не имеет значения, будет ли созерцающий на этой ступени жив или умрет. Причина в том, что даже если он умрет во время такой практики, сознание его отправится в место созерцания, то есть туда, где пребывают все будды. Поскольку практикующий вошел в состояние покоя и отчетливости, когда хваду предстает с исключительной ясностью, по смерти он не уделит телу ни единой мысли и, вместо этого, естественным путем перенесется в такое место созерцания. Поэтому даже если он умрет, он обязатель но достигнет цели. И если он будет жить, то обретет неизбежность пробуждения; ибо сейчас он стоит прямо перед вратами к просветлению. Это как если бы всего один листок белой бумаги преграждал ему путь. Одного неожиданного слова мудрого учителя будет достаточно, чтобы практикующий совершил прорыв прямо здесь и сей час.


ДЕСЯТЬ БОЛЕЗНЕЙ

Десять болезней - это десять ошибок, которых не- обходимо избегать, созерцая хваду. Впервые их описал китайский наставник Дахуй (1089-1163. Один из первых китайских мастеров дзэн, практиковавших хваду.- прим.ред.). Эти ошибки также перечисляются в трудах корейского наставника Чинуля, которые специально предназначены для тех, кто работает над хваду "Нет!" Это хваду появилось следующим образом. В Китае эпохи Тан жил знаменитый наставник дзэн по имени Чжаочжоу (778-897. Знаменитый мастер дзэн эпохи Тан, на основе диалогов которого были сформулированы многие коаны.- прим.ред.). Однажды к нему подошел монах и спросил, обладает ли собака природой будды. На этот вопрос Чжаочжоу ответил: "Нет!" (кит. у, яп. му). Будда, од нако, ясно утверждал, что всякое живое существо наде лено природой будды. Почему же тогда Чжаочжоу ответил наоборот: "Нет!"? Прежде, чем он дал ответ, что в уме Чжаочжоу побудило его сказать :"Нет!"? Занятие таким исследованием и есть то, что понимается под созерца нием хваду "Нет!" Тем не менее, следующие советы рав но пригодны для практики всех видов хваду.

1. Не увлекайтесь мыслями "есть" или " нет", "имеет" или "не имеет". Созерцая "Нет!", некоторые люди начи нают формировать мнения относительно природы "есть", "нет" и так далее. Они занимаются умствованием на те му, проистекает ли "нет" из "есть", или зарождается ли "есть" в "нет". Практикуя созерцание, не увлекай тесь никакими подобными рассуждениями. Просто продол жайте прочно удерживать хваду в уме.

2. Не думайте, что Чжаочжоу сказал: "Нет!" потому, что на самом деле ничего нет. Когда Чжаочжоу восклик нул: "Нет!", это было его способом выражения истины. Таким образом, "Нет!" не было просто отрицанием, под разумевающим "ничто". В наши дни, если ум быстро не предстает перед людьми и если они неспособны к нему пробудиться, то они делают вывод, что на самом деле никакого ума нет, так что именно по этой причине Чжа очжоу и сказал: "Нет!" В иной раз они могут в своем созерцании достичь состояния, где все тихо и спокой но. Это также может привести к возникновению идеи, что и на самом деле совершенно ничего не существует, и что по этой причине Чжаочжоу ответил: "Нет!" Однако все подобные умствования являются болезнью ума.

3. Не прибегайте к принципам или теориям. В наши дни люди часто интересуются природой истины. Однако, вместо того, чтобы попытаться непосредственно к ней пробудиться, они пробуют описать ее в терминах таких принципов и теорий, как, например, судьба. Есть мно жество людей, которые занимаются рассуждениями и умс твованиями касательно того, что есть истина, путем простого сведения ее к тому или иному принципу, а за тем рассуждают так, как если бы они действительно к ней пробудились. Подобное понимание является плодом не пробуждения, но простого умствования: это не бо лее, чем болезнь ума.

4. Не пытайтесь разрешить хваду, делая из него объект интеллектуального исследования. Никто и никогда не преуспеет в обретении истинного понимания путем одно го лишь размышления о хваду или просто изучая слова будд и патриархов. Целью Дхармы Будды является про буждение, а вовсе не накопление рассудочного знания.

5. Когда наставник поднимает брови или моргает, не принимайте это за указания на смысл Дхармы. Будет ошибкой пытаться ответить на такой вопрос, как "Что такое этот ум?", просто поднимая брови или моргая глазами. Равно ошибочно поднимать свой кулак как вы ражение ума или истины.

6. Не считайте искусное использование слов средством выразить истину. Сколь бы вы ни были красноречивы, не стоит думать, что красивые слова и искусно построен ные фразы способны раскрыть саму истину. Все, на что они годны, это выразить вслух чьи-то намерения.

7. Не путайте состояние пустоты и покоя с постижением истины. Продолжая свою практику, вы можете достичь точки, где нет ни "Я", ни вселенной, ни омраченных мыслей, ни хваду. Вы обнаружите, что в таком состоя нии легко и удобно просто оставаться в покое, ничего не делая. Однако, оставаться в тишине и покое без хваду - это состояние умственного бездействия. Эта практика не будет истинной и может привести к пере рождению безмозглым насекомым.

8. Не принимайте за ум то состояние, когда вы начина ете осознавать объекты чувств. Вы не должны считать ум тем, что отражает видимые формы, звуки, вкусы и осязательные ощущения. Многие думают, что ум - это просто то, что отражает видимое и слышимое и способно различать хорошее и плохое, и так далее. Так они по лагают, что шестое чувство - рассудок - и есть ум. Но такие взгляды - не более, чем омраченное мышление. Прежде, чем увидеть, прежде, чем почувствовать, и прежде, чем подумать: что такое этот ум? Это единс твенное, чего вы должны искать и к чему пробудиться.

9. Не полагайтесь просто на слова, взятые из учений. Бесполезно создавать собственное толкование пропове дей Будды и изречений патриархов. Подобная деятель ность - это не более, чем омраченный образ мышления. Однако, как только вы пробудитесь к изначальному уму, то, что ранее было просто омраченным мышлением, пре образится в мудрость. Пробудившись, вы и так будете говорить словами будд и патриархов. Иногда образованные учителя тратят свое время на написание книг. В них они обсуждают такие темы, как диалоги между монахами и великими наставниками. А за тем они называют свои труды изложением Дхармы. Сейчас много тех, кто пишет подобные книги. Но разве есть в таких трудах реальная польза для достижения их глав ной цели? Пользы, на самом деле, немного. Находить в книгах информацию, а затем провозглашать ее самому, все равно, что подъедать чьи-то объедки. Полагать, что только в этом ваша практика, все равно, что пы таться пересчитать все песчинки на морском берегу. Вы можете возразить, что эти наставления - тоже слова из книг, а потому должны быть отвергнуты. Но внимательное отношение к тому, о чем здесь говорится, может вам помочь проверить правильность своей практи ки созерцания. Время от времени необходимо обращать свое внимание на саму практику, чтобы удостовериться, что вы не подхватили ни одну из этих десяти болезней.

10. Нельзя просто оставаться в омраченном состоянии, ожидая, что наступит пробуждение. Это означает, что вы никуда не придете, если просто будете поддерживать хваду в уме, лишенном всякого вопрошания. Вдобавок, это указывает на ошибочную установку, когда вы думае те, что если достаточно долго будете оставаться в мо настыре, то рано или поздно достигнете пробуждения.


ЛЕКЦИИ С ЗИМНЕГО ЗАТВОРНИЧЕСТВА

Я сдружился с белыми облаками и серыми аистами, Которые мягко откликаются свежему ветру и яркой луне. Неподверженный ходу времени, Я остаюсь спокойным и ясным, когда сижу. Миска каши, Тарелка диких овощей И чашка чая: Я улыбаюсь.


ПЕРВАЯ ЛЕКЦИЯ

Я осмелюсь спросить собрание: все вы, наделенные чистой, неомраченной изначальной природой, пробуди лись ли вы полностью к ней или нет? Если вам удалось проникнуть в сокровенный смысл патриархов, скажите что-нибудь! Вы можете узнать неизменную природу, видя бамбук и ели в снегу. Вы понимаете?

Когда прекращены омрачения, нет высокого или низкого. Чистое изначальное лицо нельзя разрушить. Во льду появляется пламя; ясный свет проникает повсюду. Сокровенная Дхарма, безграничная, как пески Ганга, украшает собой целый мир.

Хотя к морю течет много рек, в итоге у них вкус один и ток их вод приходит к концу. Точно так же ом рачения и ложные мысли бесконечно текут из омраченно го ума. Из-за этого мы страдаем под колесом рождений и смертей. Но когда ум, из которого истекают омраче ния и ложные мысли, полностью отсечен, исчезает "вы сокое" и "низкое","обычное" и "святое". Все изначаль но равно. Поэтому чистое изначальное лицо нельзя раз рушить. (Наставник бьет посохом по основанию своего сиденья и поднимает посох перед собранием). Чистую изначальную природу, которая может слышать этот звук и видеть этот посох, нельзя разрушить. Она не подвер жена страданию рождений и смертей. Она не запятнана омрачениями. Все вы, кто пришел в эту обитель, чем вы занима етесь? Усердно ищете уважения и богатства? Ищете сла вы? Пришли ли вы в храм, чтобы жить без забот и не знать трудностей мирской жизни? Усердно ищете книжно го знания? Очень хотите стать умными? Вас не должно быть здесь ни по одной из этих причин. Все дела мира - не более, чем сон. Единым ударом ножа отсеките навек все заботы! Ищите лишь пробужде ния. Вы должны отбросить не только все мирское: ува жение, богатство, славу, удобство, ученость и ум, но также и будд. Вы должны со всем этим покончить. Древний наставник однажды сказал: "Ясный свет ума никогда не покрывается тьмой. С древности и до наших дней он всегда был сияющим Путем. Вступая в эти врата, отбрось рассудочное знание". Этот ясный духов ный свет, который может слышать этот звук и видеть этот посох, ни единожды не погружался во тьму. Ни единожды не становился он живым существом. Ни единож ды не становился он буддой. По этой причине, он есть Путь, который вечно сияет. Потому, вступая в эти вра та, отбросьте рассудочное знание. Немного попрактико вав, вы можете начать думать, что знаете нечто. Тогда вы начинаете рассуждать. Например, если вы созерцаете "Нет!", вы можете подумать: "То, что говорит "Нет!", - не ОНО ли это?" Те, кто работает над хваду "Что это такое?", могут подумать: "То, что говорит "Что это такое?", - не ОНО ли это?" Это ложный подход. Поэтому избегайте рассуждений. Вы должны быть правдивы и искренни, чтобы пра- вильно практиковать. Практиковать просто потому, что так делают другие, - лишь подражание. Таким путем вы никогда ничего не достигнете. Вы должны действительно пробудиться, чтобы освободиться от страдания рождений и смертей. Ученость и рассуждения не годятся. Когда вы пробудитесь к истине, то станете над миром и назо ветесь высшим существом. Такой человек приносит всес тороннее благо и живому, и неживому и зовется влады кой всего. Поскольку он навсегда прекратил страдание рождений и смертей, он становится повелителем тьмы вещей. Когда вы исследуете хваду и намерены пробудиться к своей великой изначальной природе, вы должны быть подобны наседке, высиживающей яйца. Подумайте о том, какие большие усилия должна прилагать наседка, чтобы успешно высидеть яйца. С рассвета до сумерек она пос тоянно клюет и ищет корм. Представляете, как она должна быть голодна, сидя на яйцах весь день. Если бы она часто оставляла яйца, чтобы поесть или попить, лишь половина из них была бы правильно высижена, а остальные бы сгнили. Когда курица высиживает свои яй ца, она не просто спокойно сидит. Она переворачивает яйца лапами, чтобы равномерно распределить тепло. Только так цыплята выведутся успешно. То же самое с теми, кто практикует созерцание. Исследуете ли вы хваду "Что это такое?", "Нет!" или "Кипарис во дворе", практике не созреть, если вы просто будете поддерживать хваду без движения. Если вы просто наблюдаете его, повторяя: "Что это такое?", "Что это такое?", то похожи на курицу, которая пыта ется высидеть свои яйца, не двигая их. Это было бы глупо. Так вы не можете пробудиться. Вы должны быть похожи на курицу, которая переворачивает свои яйца. Когда Чжаочжоу сказал: "Нет!", на каком основании он так сказал? Выражение себя в словах уже испортило это. В каком состоянии был его ум перед тем, как воскликнуть: "Нет!"? Спокойно сидеть, просто удержи вая хваду в уме, - это еще не правильная практика. Это все равно, что "глядя на дерево, ожидать кроли ка". Вы должны прилежно вопрошать с умом, готовым стерпеть даже сокрушение ваших костей. Что это такое? На что оно похоже? Оно длинное или короткое? Вы долж ны непрестанно проникать в вопрос с чувством глубо чайшей пытливости. Поддерживая такую практику некоторое время, вы можете войти в состояние пустоты, где тело, вы сами и мир исчезают. Но практика не ограничивается достиже нием только этого состояния. Будда изложил учение о пустоте из-за болезни "существования". Но это учение не единственное. Пустота также может быть болезнью. Только оставаться в этом состоянии - все равно, что полировать черепицу в надежде превратить ее в зерка ло. Таким образом, просто наблюдать пустоту - это то же болезнь. Как существование, так и пустота могут быть болезнью. Есть некоторые люди, которые пытаются обрести мудрость с помощью книжного знания. Это все равно, что отправиться на берег моря и попытаться пересчи тать там все песчинки. Разве можете вы перечесть каж дую из них? Каждый созерцатель, выбрав хваду, должен относиться к нему, как к самой своей жизни. Когда вы уходите, хваду уходит; когда приходите, хваду прихо дит; когда вы едите, хваду ест; когда спите, хваду спит. Даже когда вы идете в туалет и испражняетесь, вы должны усердно вопрошать, никогда не упуская хваду из своего ума, вплоть до той точки, когда кажется, что это испражняется само хваду. Иногда во время практики ваша голова может забо леть и стать горячей. Обычно это вызвано явлением "санг-ги" (кит. шен-ци, подъем энергии). Вы не должны думать, что, когда возникает санг-ги, вам следует прекратить практику. Санг-ги никогда и никому не должно препятствовать продолжать практику. Например, мой учитель, Хебон-сыним, продолжал практиковать нев зирая на то, что у него на ягодицах появились болез ненные язвы. Однажды, когда у него возникло санг-ги, он сказал своему учителю, Сокту-сыниму, что его голо ва так болит, что он думает, что умрет. Его учитель шутливо ответил: "Замечательно! Созерцатель, зарабо тавший санг-ги, подобен молодой женщине, которая за беременела. Это признак того, что дело идет к завер шению". Хебон-сыним продолжал спрашивать: "Санг-ги ведь не смертельно, правда?" "Нет, не смертельно",- ответил его учитель. Таким образом, Хебон-сыним ре- шил, что нет причин беспокоиться и возобновил свою практику. В течение пятнадцати дней санг-ги прекрати лось. То же самое было со мной. Я заработал санг-ги в первое же затворничество. Я ходил скособоченно, поте ряв равновесие. Мне казалось, что у меня выпадают зу бы, а глаза вваливаются в глазницы. Я размышлял о том, как призрачно это тело. Поскольку оно неизбежно исчезнет, я решил либо умереть, либо привести свою практику к завершению. Имея такую решимость, я с усердием продолжил практику и вскоре все признаки санг-ги прошли. Мудрый духовный учитель никому не предложит от ложить созерцание и немного передохнуть по причине возникновения санг-ги. К примеру, во времена Будды, Ананда как-то прилагал к своей практике столь великие усилия, что ему казалось, что у него расколется голо ва. Тогда он начал беспокоиться о том, что делать с санг-ги, которое у него возникло. Тогда в небе появи лось божество и объяснило ему, что боль в его голове была вызвана преображением из обычного существа в су щество святое. Поскольку это не настоящая болезнь, то нельзя считать ее таковой и потому прекращать практи ку. Поступить так было бы все равно, что вознамерить ся остаться обычным живым существом. Если только он не практиковал в течение многих жизней, голова созерцающего будет временами болеть. Шестой патриарх, Хуйнэн, весь день работал, размалы вая рис камнем, висящим на шее, и поддерживал огонь для всей общины, в то же время еще и занимаясь очень напряженной практикой. Для такой личности не сущест вует непреодолимых преград. Вы также должны быть похожи на кота, который пы тается поймать мышь. Посмотрите, как выглядит кот, который хочет поймать мышь у подножия каменной стены. Крадясь вдоль стены, он неотрывно удерживает взгляд на дыре, в которой скрылась мышь. Вдали от норы, он тихо сидит в засаде. Его глаза продолжают пронизывать взглядом нору в ожидании, когда же покажется мышь. В такое время, даже если человек, цыпленок или собака проходят рядом с котом, он их не замечает и продолжа ет следить за мышиной норой. Если мышь появляется да же на мгновение, словно вспышка молнии, он прыгает и хватает ее. Если даже кот действует так внимательно, пытаясь поймать мышь, что же говорить о том, кто ищет пробуждения, практикуя созерцание. Более того, вы должны практиковать с таким же чувством, как если бы пытались погасить огонь, пылаю щий на вашей голове. В подобной ситуации остановились бы вы в раздумьи: "Вызван ли этот жар огнем?" или "Она в самом деле горит или нет?" Есть ли здесь кто-нибудь, кто стал бы экспериментировать и позволил огню немного пожечь, чтобы посмотреть, хорошо ли он горит? В таких обстоятельствах вы бы без раздумий все смахнули рукой с головы, чтобы избавиться от огня. Вы должны заниматься созерцанием с таким же чувством. Долгая жизнь - это жизнь длиною в сто лет, а ко- роткая жизнь заканчивается за время, нужное, чтобы один раз вдохнуть и выдохнуть. Сто лет зависят от од ного-единственного мгновения, ведь жизнь прекращает- ся, когда исчезает дыхание. Можете ли вы позволить себе ждать сто лет, если не знаете, когда придет смерть? Вы можете умереть, съев утром хороший завт рак; вы можете умереть днем, хорошо пообедав. Некото рые умирают во сне. Вы можете умереть за любым заня тием. Никто не может предугадать время смерти. Поэто му вы должны пробудиться прежде, чем умрете.

В десяти направлениях мира явлений (дхармадхату) Все десять тысяч омрачений и сокровенных деяний возникают из вашего собственного ума. Где будете вы искать истину Будды? Лягушка в снегу ловит и проглатывает тигра.

Посмотрите на океан. Волны возникают не только, когда дует ветер. Даже когда океан спокоен, волны ты сячекратно поднимаются и опадают. Омраченный человек назовет этот мир океаном страдания. Пробужденный на зовет его миром Будды. В это время десять тысяч вещей превратятся в десять тысяч сокровенных деяний. Для просветленного - это все просветленно. Для омраченно го - это все омраченно. Все возникает из вашего собс твенного ума. Мир Будды возникает из вашего собствен ного ума. Его превращение в океан страдания точно так же возникает из вашего собственного ума. Собрание, задумайтесь над этим! Я верю, что ваша практика продвинется за время этого зимнего затворни чества.


ВТОРАЯ ЛЕКЦИЯ

С тех пор, как мы начали это затворничество, прошло две недели. Теперь осталось только семьдесят пять дней. Воистину, какова же сокровенная истина? Если вы пробуждаетесь к Дхарме единого ума, вы одновременно полностью проникаете в тысячи видов са мадхи и бесчисленные сокровенные истины. В один миг вы проходите сквозь все тысяча семьсот коанов. Соб равшиеся здесь, достигли вы этого места или нет? Тот, кто достиг, пусть скажет что-нибудь! Что такое Дхарма единого ума? Текут камни, а не река. Поскольку луна светит ярко, освещенное ею пространство не имеет пределов. Если вы не смогли пробудиться к Дхарме одного слова, вся бездумная болтовня и многие тысячи строк рассуж дений будут все равно, что падающие на раскаленную печь снежинки. Поэтому что же нам делать на самом де ле? Собравшиеся здесь, что вы будете делать? Дхарма единого ума - это изначальные врата, че- рез которые приходят и уходят будды трех времен, пат риархи, бодхисаттвы десяти направлений, духовные нас тавники наших дней и все живые существа. Неважно, кто вы: живое существо или духовный наставник. Все, как один, приходят и уходят через эти врата. Если вы пробуждены к этим вратам, вы называетесь буддой. Если вы омрачены относительно них, вы называ етесь живым существом. Сами врата ярки, ясны, пусты и глубоки. Хотя они и пусты, посреди этой пустоты они все же глубоки. Изначально это неразличимо. Между буддами, патриархами, бодхисаттвами, духовными нас тавниками и всеми живыми существами на самом деле нет никаких различий. Однако, если эти врата затемнены, вы бесконечно блуждаете в океане страдания рождений и смертей. Но если вы к ним пробудитесь, сокровенное дхармадхату кристально ясно предстанет у вас перед глазами. В одной из своих бесед наставник Линьцзи сказал: "Когда одно слово кристально ясно, превосхо дишь миллионы миров". Страдания перерождений в океане сансары, равно как и счастье сокровенного дхармадхату, предстающие у вас перед глазами, не приходят извне. Они не даны нам кем-то другим. Вы не должны терпеть страдания, потому что кто-то другой их вам дал. Никто также не может даровать вам счастье. Их творите и испытываете только вы сами. Вы должны терпеть страдания, потому что сами их создали. Точно так же вы испытываете счастье, по- тому что создали его сами. Все двадцать четыре часа в сутки, во всех четы рех положениях, когда вы приходите, хваду должно при ходить; а когда уходите, хваду также должно уходить. Вы должны вопрошать усердно, тщательно и дотошно. Я всегда внимательно наблюдаю за созерцающими, когда они прогуливаются. Многие ли крепко держат хваду? Обычно, когда они приходят, уходят или едят, они со вершенно забывают о хваду и просто действуют слепо, согласно обстоятельствам. При такой практике трудно сказать, когда подобные люди вообще пробудятся. Вы должны уделить этому величайшее внимание. Вы должны сделать великое пробуждение своей целью и образцом и никогда не оставлять ум в покое. Если вы действуете, не заботясь о том, чтобы удержи вать хваду, тело и ум, конечно же, будут в покое. Но это все равно, что вода, утекающая прочь. Воистину, жизни живых существ именно так утекают прочь. Теперь, взявшись за практику "десяти тысяч деяний", вы должны терпеть то, что трудно стерпеть, и делать то, что трудно делать. Это известно, как "воздержание", по той самой причине, что заставляет терпеть то, что трудно. Буддам и патриархам нелегко далось достижение пробуждения. Они обрели его через большие усилия и великие тяготы. Они прилагали такие большие усилия потому, что страдания рождений и смертей столь ужас ны. Поэтому, если вы даже хотите есть больше, вы должны есть меньше. Даже если вы хотите много гово рить, вы должны говорить меньше. Даже если вы хотите много повидать, вы должны меньше глазеть. Если вы бу дете так поступать, ваше тело наверняка почувствует себя скованно. Это воистину практика воздержания. Од нако, никто из будд и патриархов не пробудился бы, не воспитывай они себя таким образом. Скованность обстоятельствами происходит из собс твенных оков ума. Точно так же освобождение от стра даний сансары следует из освобождения ума от этих страданий. Такова Дхарма единого ума. Доступ к вратам как освобождения, так и оков, в ваших собственных ру ках, он не зависит от кого-то еще. Он не зависит ни от будды, ни от патриархов, ни от духовных наставни ков. Он исключительно в ваших руках.

Все горы, все реки - какой прекрасный пейзаж! За бесчисленные века в каждой жизни возникал этот мир - будет мало любой хвалы. Он не создан чьей-либо властью; Каждая его грань рождена вашим умом.

Прошлой осенью клены сверкали красным, нежно пахли хризантемы, горы и реки - великолепное зрелище. Видя все эти красоты, мы все знаем, как быть счастли выми. Бесчисленные века, в каждой жизни мы восхваляли все это. Не только в этот раз мы все это восхваляем. Когда луна ярка и дует ветер, кто-то скажет, что ярко светит луна и дует свежий ветер. Но другой скажет, что луна уныла, а ветер тосклив. На самом деле, разве вы думаете, что луна ярко светит одним и уныло дру гим? Это не так. Это обусловленные обстоятельствами впечатления, идущие от собственного ума. Короче говоря, пробуждение к уму должно быть ва шей главной целью.


ТРЕТЬЯ ЛЕКЦИЯ

Поскольку сокровенная мудрость полного пробужде ния существовала еще до сотворения Земли, она никогда не была утрачена. Почему же вы говорите, что снова ее ищете? Издревле и по сей день ей никогда не было пре пятствий и она сияла ярко и спокойно. Собравшиеся се годня здесь, пробудились ли вы полностью к ней или нет? Если есть здесь монах, обладающий оком Дхармы, пусть он что-нибудь скажет! Так что же это на самом деле за сокровенная мудрость полного пробуждения? Хак! Когда каменный тигр родит львенка, а деревянная женщина забеременеет, только тогда вы поймете.

Деревянным посохом бьешь по горе Сумеру. Все содержится в звуке, разносящемся, словно гром. Кто скажет, что тайно схоронил глубоко в земле драгоценный камень? Проникновенная мудрость подобна шилу в мешке.

Этот стих относится к известной китайской исто рии о господине Хуа. Этот человек однажды заполучил драгоценный камень, который мог испускать ночью свет, летом - прохладный ветерок и теплый ветер - зимой. Конечно же, он попытался утаить этот камень от других и закопал его глубоко под землю. Но как ни глубоко он его закопал, власти все равно нашли и отобрали ка мень. Точно так же, когда кто-то пробуждается, он неспособен скрыть свою мудрость. Мало-помалу она ста новится очевидной. И более того, как бы тщательно вы ни укладывали шило в мешок, оно наверняка проткнет его и вылезет наружу. Точно так же, если вы практику ете созерцание, другие смогут судить об этом, наблю дая ваш внешний вид. Вы не сможете их обмануть, даже если попытаетесь. Позвольте мне привести вам отрывок из беседы наставника Цзунцзина (904-975. Знаменитый китайский мастер дзэн, более известный как Юнмин - прим.ред.). Он однажды сказал: "Все живые существа покрыты шестью видами грязи". Это означает, что они окружены шестью ворами, которые приходят извне. Вдобавок, "они пойма ны в пять совокупностей. Так они приходят и уходят по пути рождения и смерти." Однако, "их изначальная при рода никогда не бывает затемнена". Поэтому, "если бы бедная женщина заполучила сокровище, она закопала бы его так глубоко, что никто не смог бы вырыть его и забрать". Но даже если бы кто-то его и забрал, оно продолжало бы оставаться тем же самым; и если бы бед ная женщина продолжала владеть им, оно также остава лось бы точно таким же. Это сокровище всегда будет оставаться таким, как оно есть. Более того, "хотя ал маз и добывают из самых глубин земли, разрушить его нельзя". Вы должны иметь это в виду. Мудрость вашей изначальной природы всегда ясна и ярка. Она никогда не меняется. Становитесь буддой - эта мудрость при сутствует. Становитесь животным - эта мудрость при сутствует. Куда бы вы ни отправились в шести мирах океана страданий, эта мудрость остается просто такой, как она есть, никогда не меняясь. Но почему же вы не понимаете этого? Потому что вы покрыты шестью видами грязи и пойманы в пять совокупностей. Клювом мудрости пробейте шкуру неведения, которая вас покрывает! Ког да вы окончательно прорветесь через шкуру неведения с помощью испытующего клюва мудрости, вы освободитесь от тройственного мира и выйдете, тем самым, из океана страдания. Больше не имея никаких препятствий или ог раничений, ум будет испытывать совершенное равнове сие. Он воссияет ясно и ярко, больше не оставляя в вас никаких сомнений. Что же тогда сможет противосто ять такому уму или сравниться с ним? В этом году доброе собрание монахов собралось здесь, в этом монастыре, и воистину прилагает искрен ние усилия к практике созерцания. Собрание, в этом году вы действительно должны прорваться сквозь шкуру неведения! Но этого не сделать легко и быстро. Сперва вы должны пробудить такую великую веру и решимость, какую только возможно. Вы должны быть готовы к смер ти. Зачастую вы практикуете лишь потому, что другие так делают, без всякой настойчивости. Вы думаете, что это так же легко, как остудить горячую кашу, просто слегка полив ее холодной водой. Ваше созерцание ни когда не продвинется, если вы будете практиковать та ким образом. Это нельзя совершить так просто. Теперь вы должны попытаться просто-напросто отбросить прочь свое тело и относиться к нему так же, как к камню, выброшенному на обочину дороги. Такой камень выброшен прочь из-за своей бесполезности. Его размеры и форма ни для чего не пригодны. Дуют ли ветры, падает ли дождь, этот камень просто остается таким, какой он есть, без изменений. Даже если кто-то на него насту пает, он продолжает оставаться таким, какой он есть. Бесстрастный, камень никогда не меняется; он просто остается таким, какой он есть: камень, выброшенный прочь. Поэтому, когда практикуете созерцание, без размышлений и умствований, отбросьте прочь свое тело!

Когда ум живого существа предстает ясным и ярким, он называется буддой. Когда ум будды омрачен, он зовется живым существом. По своей собственной природе единый ум всегда неизменен. Когда он предстает отчетливо и ясно, то зовется Мудростью Великого Зеркала.


ЧЕТВЕРТАЯ ЛЕКЦИЯ

Сегодня последний день лунного месяца. Молодая луна столь ярка, что ее свет проникает по всему миру явлений (дхармадхату). Как-то давным-давно наставник Наньцюань (748-834.Знаменитый китайский мастер дзэн, ученик Мацзу и учитель Чжаочжоу.- прим.ред.) взял свое собрание монахов посмотреть на луну. Так отлича ется ли та луна, о которой я говорю, от луны, на ко торую смотрел наставник Наньцюань? Тот из монахов, кто обрел око Дхармы, скажи что-нибудь! Пусть вы даже заявляете, что пробуждены, я все равно отвешу вам тридцать ударов. Насколько же больше получат те, кто не пробудился?

Забрасываю удочку на тысячу шагов в океан пространства, Рассеиваются облака, успокаиваются волны и растут кораллы. Рыбы и драконы глубоко спят и не движутся. Загрузи до краев лодку луной, бери весла и отплывай.

Собрание монахов, правда, что в эти дни вы при лагаете большие усилия в своей практике созерцания. Однако, я хотел бы добавить несколько слов для вашего блага. Из девяноста дней этого зимнего затворничества прошла уже половина, потому что сегодня мы дошли до середины сезона созерцания и осталось теперь только сорок пять дней. Каждый день время неотступно течет, как вода. Хотя даже может казаться, что в повседнев ной жизни есть свои удовольствия, мы все словно рыбы в бассейне, откуда все время утекает вода. Когда уте чет вся вода, рыбы непременно умрут, разве не так? Точно так же, не только вы, собравшиеся здесь монахи, но и все живые существа движутся по пути, который ве дет только к смерти. С каждым прошедшим днем срок ва шей жизни уменьшается на день. С каждым прошедшим ча сом он уменьшается на час. Просто послушайте эти ча сы. С каждым тиканьем секундная стрелка движется, ос- танавливается и движется снова. Это само по себе мож но считать непосредственно проповедью Дхармы Будды. Так что демон (мара) непостоянства каждый миг подтал- кивает нас к смерти. Если вы не постигнете истину не- рожденного, то когда внезапно наступит время смерти, вы обнаружите, что стенаете в болезни. Несмотря на то, что никто не хочет умирать, каждый их нас неиз бежно исчезнет. Есть ли среди вас кто-то, чье тело не будущий труп? Если есть, тогда выскажись! Более того, разве мы должны жить исключительно ради блага этого будущего трупа? Не лучше ли было бы жить ради пробуж дения к истине нерожденного? Когда в итоге вы стенае те в болезни, вы можете сожалеть, что, будучи живым, не практиковали усердно. Но тогда такие сожаления бу дут уже напрасны. Так почему же вы не практикуете сейчас? Почему вы продолжаете только развлекаться? Ум - совсем как луна, восходящая позади скопле ния туч. Он кажется тусклым, потому что его сияние так же, как сияние луны, затемнено и не может све тить. Однако, если ум очищен, появляется будда. Люди скажут, что со дня вашего пробуждения в мире вновь появился будда. Но на самом деле, никакой будда ни когда не приходил. Ум изначально здесь, яркий и сияю щий. Он не начинает сиять впервые, когда вы пробуди лись. Когда ум омрачен, появляется обычный человек. Тогда люди скажут, что будда ушел и мир снова стал миром живых существ. Но на самом деле, Будда никогда не уходил. Поэтому будда не приходит, когда ум очи щен, и, точно так же, не уходит, когда ум омрачается. Будьте осторожны, не впадите в одну из этих двух крайностей. Поддерживайте свое хваду ярким и не позволяйте, чтобы что-то его затемняло. Все остальное можно оста вить побоку, но к хваду нужно относиться, как к своей собственной жизни. Вы должны исследовать его, словно старая мышь, забравшаяся в коровий рог. В некоторых странах, когда люди хотят поймать мышь, они кладут кусочек ароматного масла в кончик рога и располагают его вблизи мышиной норы. Мышь привлекается запахом и, как только она считает себя в безопасности, прошмыги вает в рог. Она подбирается к маслу все ближе и бли же, пока наконец ее тело не застрянет в узком конце так, что она не может выбраться оттуда. Стремясь поп робовать масло, глупая мышь без всякого страха смерти и без малейших колебаний пробирается к самому концу рога. Если даже мышь может быть такой отважной ради получения того, чего хочет, разве не должен человек проявить подобную решимость ради разрешения великого вопроса рождений и смертей и постижения великой исти ны вселенной? Разве не должны люди, перестав быть по мешанными на своем теле, однажды напрячь себя с целью пробудиться? Вы должны практиковать с той же настойчивостью, с какой человек с пересохшим горлом думает о воде. Когда, например, вы испытываете сильную жажду во вре мя долгой прогулки в горах, вам может казаться, что вы готовы задохнуться от жажды и умереть, если только вам не удастся срочно попить воды. Если бы теперь вам пришлось копать колодец, чтобы найти немного воды, вы бы, наверное, умерли прежде, чем добрались до како го-нибудь источника. Поэтому вы должны усердно поис кать воду повсюду, пока не найдете. Чтобы разрешить великий вопрос рождений и смертей, вы должны практи ковать с тем же отсутствием озабоченности своим те- лом, как у мыши, забравшейся в коровий рог, и с теми же усердием и настойчивостью, как у изнывающего от жажды человека, ищущего воду. Если вы какое-то время так практикуете, то достигнете точки, где уму уже больше некуда деться. В этот миг отсутствуют мысли и все омраченное мышление полностью прекращается. В это время единая масса вопрошания в одиночестве блиста тельно предстанет у вас перед глазами. Теперь ваша практика может действительно показаться легкой. Но вы должны быть предельно осторожными, поскольку это са мый критический момент. Вы должны держаться за хваду с той же энергией, с какой встретили бы врага через десять тысяч лет, желая отомстить. На протяжение без начальных веков вы блуждали в океане страдания рожде ний и смертей. На этот раз масса вопрошания ясна и пробуждение близко. Это как если бы оно было заслоне но одним-единственным листком белой бумаги. Скоро наступит миг, когда вы сможете поквитаться с рождени ем и смертью, достигнув освобождения от них. Чтобы отомстить за себя этому врагу, который так долго вас мучал, не должны ли вы напрячь себя до предела? Ина- че, если вы его отпустите, хваду постепенно потеряет свою живость, а достичь заново такого состояния будет даже еще труднее. Поэтому не упустите такую возмож ность! В это время вы автоматически забудете даже о том, чтобы есть и спать. Чтобы не позволить этому шансу ускользнуть требуется истинная мудрость. Так что не упустите его. Будьте столь же решительны, как Будда, когда он непрерывно сидел семь дней. Будда Шакьямуни оставил дом на сорок одну кальпу позже Буд ды Майтреи, но поскольку он семь дней беспрерывно си дел под деревом бодхи, он первым достиг состояния будды. Точно так же вы должны практиковать усердно и настойчиво, не заботясь о том, будете ли вы жить или умрете. Тогда, в конце концов, приблизится великое пробуждение.

Превзойди всю рассудочность и восприятие - не останется даже малейшего следа каких-либо препятствий. Ваша грудь, подобная океану, будет простираться до пределов пространства; рухнут все четыре стены. Всех будд трех времен нигде не видать. Не делая ни единого шага, взойдете вы в лотосовое царство.

Превзойти рассудочность - значит больше не сле довать позывам рассудочного сознания. Вдобавок, вы должны превзойти всякое восприятие, такое как зрение, слух и умопостижение. Таким образом, не останется ни каких препятствий, так как и "до", и "после" будут отсечены без остатка. Затем четыре первоначала земли, воды, огня и ветра, как в теле, так и во вселенной, станут пустыми. Подобный опыт - это знак того, что ваша практика хорошо развивается. Но если во время практики вы лишь рассуждаете, не выходя за пределы понятий, то вы просто погружаетесь в детские игры. Ибо такой подход вовлекает только омраченное мышле ние. Когда не остается ничего, что может захватить ум, четыре первоначала исчезают и открывают обширное и безграничное пространство. В это время появится чистое изначальное лицо. После пробуждения вы станете едины с Буддой и потому не сможете видеть Будду. Вам не нужно куда-ли бо приходить или уходить. Прямо там, где вы, и есть сам мир Будды. Несмотря на то, что сами вы - Будда, живущий в мире Будды, вы не осознаете этого, посколь ку ваш ум омрачен. Просто пробудитесь к тому, что вы Будда, и этот мир откроется таким, каков он есть, миром Будды. Нет ни потерь, ни приобретений, ни Буд ды, ни живых существ. Все равно. Все является миром Будды. И все живые существа, такие, как они есть, яв ляются буддами. По этой причине Будда сказал в Алмаз ной Сутре: "Дхарма, которую я проповедую, это не Дхарма. Хотя я и говорю, не сказано ничего".


ЛЕКЦИЯ, ПОСВЯЩЕННАЯ ПРОБУЖДЕНИЮ БУДДЫ

Как собрание уже знает, сегодня годовщина про буждения Будды. Это также церемониальный сорок девя тый день после кончины Пак Иль-гви из города Кванчжу (По корейскому обычаю родственники заказывают пропо ведь Дхармы для покойного - прим.ред.). Если вы ска жете, что Будда пробудился, вы поклевещете на него. Если вы скажете, что Будда не пробудился, вы также на него поклевещете. Если вы скажете, что Пак Иль-гви жил, это будет все равно, что сказать, что образова лись облака и покрыли небо. Если вы скажете, что он умер и отошел, это будет все равно, что сказать, что воображаемые цветы случайно упали с неба. Не впадите в одну из этих двух крайностей! Все монахи, собравши еся здесь, скажите что-нибудь! Хак! Хотя горы движутся, луна - нет. Место пробужде ния находится повсюду. На самом деле, если вы скажете, что это легко понять, понять будет легко. Если скажете, что понять трудно , будет трудно. Будда отрекся от мира и на восьмой день двенадцатого лунного месяца достиг про буждения. Это исторический факт, что он оставил дво рец, уединился в горах и лесах, практиковал шесть лет и, в конце концов, пробудился. Однако, если вы скаже те, что для Будды пробуждение было внове, вы поклеве щете на него. Почему? Потому что он достиг того, чего не нужно достигать. Он изначально обладал состоянием будды. Так зачем же он явил восемь деяний полностью пробужденного существа? Его действия были просто ис кусным средством, чтобы вести других к освобождению. Так что неправильно будет сказать, что он достиг или не достиг состояния будды. Что же до мирянина Пак Иль-гви, то некоторым об разом кажется, что он родился, а затем умер. Но в действительности нет никакого рождения и смерти. Если бы он действительно умер, какой смысл проводить се годня церемонию сорок девятого дня? Лишь потому, что определенно есть нечто, что не умирает, и проводится обряд поминовения.

Тысячный мир изначально есть тело Дхармы. Восемьдесят четыре тысячи малых деяний вращают колесо Дхармы. Поскольку рождение и смерть изначально пусты, они пронизывают единый путь. В действительности, все различия и есть нирвана.

Тысячный мир - это изначально ясное и чистое Дхармовое тело Будды Вайрочаны, изначальное тело Шакьямуни, изначальное тело покойного Пак Иль-гви и изначальное тело тех, кто сегодня собрался здесь. И явление Буддой Шакьямуни достижения пробуждения, и прохождение Паком Иль-гви через рождения и смерти равно являются вращением колеса Дхармы. На самом де ле, даже хотя вы можете достичь состояния будды, нет ничего, о чем можно было бы сказать, что оно достиг нуто. И хотя вы все-таки умираете, нет ничего, о чем можно было бы сказать, что оно умерло. Поэтому пока зать Дхарму во всем ее многообразии - это явить нир вану. Формально беседу следует на этом закончить. Но боюсь, что покойный мог не понять того, что я сказал. Потому я хотел бы добавить еще несколько слов. Покой ный Пак Иль-гви, послушай еще раз эти слова! (Настав ник поднимает свой посох, один раз ударяет им по ос нованию своего сиденья и показывает его собранию). Вы очень ясно можете слышать этот звук и очень отчетливо можете видеть этот посох. Что это то, что знает, как ясно слышать и видеть? Когда из снега и льда вырыва ется пламя, каменная корова мычит. Если, пренебрегая умом, вы озабочены только те лом и захвачены внешними делами, этот мир будет для вас миром рождений и смертей. Но все же Будда никогда не покидал такой мир. Он остается здесь прямо такой, какой есть. Так что, если вы оставите мирские удо вольствия, будете искать ум и пробудитесь к нему, этот мир станет для вас миром Будды. Более того, Буд да никогда не приходил сюда. И уход, и приход изна чально пусты. Рождение и смерть - это не два. Дхарма недвойственности и есть сама Дхарма Будды. Что имеет ся в виду под недвойственностью? Это означает, что изначально нет ни прихода, ни ухода, ни рождения, ни смерти, ни мужчины, ни женщины, ни обычной личности, ни святой, ни близкого, ни далекого. Нужно понять, что в этом суть Учения Будды. Рождение похоже на возникновение облаков в небе, а смерть - на их рассеивание. Хотя кажется, что раз ница создана собиранием и рассеиванием облаков, само пространство остается неподверженным этим изменениям. Точно так же неизменна конечная реальность. Без вся кой видимой цели это тело приходит к существованию. Затем мы ошибочно принимаем его за Я и некоторое вре мя остаемся под воздействием этой иллюзии. Однако, когда распадаются четыре физических первоначала тела, единый ум - сегодня это ум Пак Иль-гви - предстает ясным и ярким. Это похоже на то, как облака рассеива ются на десять тысяч верст и светит одинокое солнце. Хотя мы уходим, нет ухода; хотя приходим, нет прихода. Так что Пак Иль-гви свободно странствует по мирам десяти направлений. Точно так же существа по своей воле уходят в Чистые Земли и миры будд и прихо дят оттуда. В это время они воистину счастливы. Это тело - ноша для нас, так как сковано материальностью. Приходя, оно страдает; уходя, оно страдает. Оно огра ничено в том, куда может идти. С этим телом мы не мо жем отправиться в Чистые Земли или в миры будд, нап ример. Полная свобода прийти и уйти есть только тог да, когда один ум является в блеске. Какая великая радость - обладать такой свободой!

Не говорите, что у вас нет выбора долго жить или умереть рано: Изначальная природа такова, как она есть, вы всегда свободны странствовать поволе. Давным давно так же, как и сейчас, чистая и ясная, она глубоко сокровенна. С вершины дерева, не дающего тени, никогда не падают листья.

Почему эта изначальная природа всегда так ясна и чиста? Потому что, хотя даже и миновали бесчисленные века, она никогда не менялась, и пусть даже время те чет бесконечно, она никогда не изменится. Поэтому на вершине дерева, не дающего тени, цветы всегда цветут.


ПЯТАЯ ЛЕКЦИЯ

Что это за истинная Дхарма, которой обладает каждый из вас? Монах, обладающий оком Дхармы, скажи что-нибудь об этой истинной Дхарме! Хак!

Когда солнце восходит посреди ночи, звонит полуденный колокол. Истинная мудрость единого ума - это мое тело. Оно всегда в ясности и покое предстает перед глазами. Почему же высоко в небе кричит замерзший дикий гусь? Снег и луна светят друг другу, озаряя миры людей и богов.

Истинная мудрость всегда и везде ясна, потому что не обусловлена ни прошлым, ни будущим, ни обычной личностью, ни святой, ни мужчиной, ни женщиной, ни омрачением, ни пробуждением. Она ничем не ограничена. Позвольте привести вам изречение наставника Цзунцзина. Он как-то сказал: "Освобождение всех будд нужно искать в деятельности ума каждого живого су щества. Его не нужно искать где-то еще". Это значит, что сокровенный ум нирваны может быть найден лишь в повседневных действиях ума, и больше нигде. Изначально нет никаких различий между буддами и живыми существами. Это можно сравнить с чистым небом, покрытым облаками. Хотя в небе есть солнце, его сияния не видно. Но когда рассеиваются облака, видно, как оно ярко светит. В данном случае изменения претерпевает не солнце. Однако, разница между светом и тьмой так же велика, как между небом и землей. Подобное различие есть и между буддами и жи выми существами. Когда омрачения полностью затемняют ум, это похоже на то, как облака накрывают равнину. Теперь, если вы пробудились к своей изначальной природе, солнце взойдет над западными горами. Хотя обычно солнце встает на востоке, после пробуждения к вашей изначальной природе, оно встанет на западе. И хотя есть разница между омрачением и пробуждением, в изначальной природе по сути нет различений. Таким об разом, ум всех будд - это ум живых существ, и ум жи вых существ - это ум всех будд. Ум - это не два. С добрыми намерениями вы оставили свой дом и пришли сюда. Никто из вас не пришел в монастырь из дурных побуждений. Все вы пришли сюда с целью пробу диться к уму и преобразить свою обычную личность в будду. Так что теперь, если вы видите, что впустую тратите свое время - столь же драгоценное, как золо то, - разве это не глупо? Движением своей секундной стрелки часы всегда проповедуют непревзойденную Дхар му. Поэтому никогда не думайте легковесно даже о се кунде или минуте. Если вы думаете: "Отдохну-ка я ча сок или развлекусь минут тридцать", ваша практика не продвинется. Тиканье часов показывает вам, что вы все время идете по дороге, ведущей к смерти. Вы не знае те, когда прекратится ваше дыхание. Столетняя жизнь зависит от одного-единственного дыхания, которое должно обновлять себя каждые несколько секунд. Если жизнь может прекратиться в любой момент, можете ли вы позволить своему уму расслабиться, воображая, что бу дете жить очень долго, а затем растянуться, чтобы поспать? Если вы так поступаете, освободиться от рож дения и смерти будет воистину очень трудно. Лишь ког да вы пробудитесь, вы сможете спать от души и развле каться, как захотите. Ибо тогда вы превзойдете огра ничения времени. Поэтому сейчас вы должны истинно практиковать и истинно пробудиться. Тот, кто занима ется созерцанием лишь потому, что другие так делают, и, просто сидя, тратит зря свое время, не практикует по-настоящему. Лишь после того, как вы истинно пробудитесь, вы сможете полностью оценить доброту будд. Ибо тогда вы поймете, что все будды и патриархи пришли к своему пробуждению, претерпев великие трудности и приложив огромные усилия. Уже то, что вы можете оценить их доброту, будет воздаянием за нее. Так что, прежде всего, вы отплатите за их доброту. Во-вторых, вы оплатите долг тем, кто вам жертво вал подаяние. Ибо это благодаря их доброте получили вы дома, чтобы жить, пищу, чтобы есть, одежду, чтобы носить, лекарства, чтобы лечиться, когда больны. Не обходимо оплатить долги, в которые вы таким образом влезли. В-третьих, вы станете приносить благо всем живым существам. Разве не радостно будет все это де лать?

Все будды проповедуют истинную Дхарму недеяния. Как это замечательно, когда нечего получать и нечего терять. Тогда, словно глухой или дурак, ты повсюду незваный гость. Ясное и яркое, то, что нигде не пребывает, это Вайрочана Будда.

Когда омраченные люди обращаются внутрь себя, они находят там то, что нужно взращивать и обретать. Поэтому они совершают великие усилия в своей практи ке. Но когда они завершают то, что начали делать, они понимают, что не нужно было делать решительно ничего. Таким образом, истинная Дхарма требует недеяния. Все, что сделано, в конце концов исчезнет. Так что, дхарма деяния - это ложная дхарма. Но все действия, которые, на самом деле, являются недеянием, составляет вечную истину. Такие действия не прекратятся, пусть даже вы попытаетесь с ними покончить. Такова истина нерожден ного и неразрушимого. Поэтому все будды трех времен, все патриархи, бодхисаттвы и духовные наставники наших дней пропове довали и проповедуют Дхарму, которая есть не-Дхарма. Если кто-то заявит, что нечто было сказано, это будет ошибкой. В этом мире все люди ищут дхарму деяния, то есть, ищут чего-то. Но истинной Дхармой будет искать Дхарму недеяния. Это воистину необычайно.

Прошло уже два месяца этого зимнего затворни чества и остался теперь лишь один месяц. Поэтому я приведу вам несколько советов древних наставников ка сательно "тщательной самопроверки во время практики как средства, способствующего пробуждению". Поскольку все вы заявляете, что практикуете созерцание, важно во время сидения проверять себя следующим образом:

1. Сознаете ли вы тяжесть имеющихся у вас четырех ви дов долгов? Четыре великих долга - это (1) деньги, пожертвованные на строительство храма, (2) пища, по жертвованная на прокормление монахов, (3) одежда, сделанная и пожертвованная монахам, (4) лекарство, предписанное во время болезни. Полностью ли вы осоз наете, в каком вы глубоком долгу? Говорят, что каждое зернышко риса, преподнесенное с искренней верой тяже ло, как гора Сумеру.

2. Сознаете ли вы, что с каждой мыслью это нечистое, составленное из четырех первоначал тело разлагается? Тело состоит из четырех первоначал: земли, воды, огня и ветра. Его называют нечистым потому, что, если взглянуть внутрь него, вы обнаружите, что оно состоит их таких вещей, как моча, кал, кровь, желудочный сок, кости. Это как если бы все это было собрано вместе и впихнуто в мешок из кожи. Дыхание входит и выходит из этого мешка. Вот что называется человеческим телом. Когда это тело здорово, у нас есть впечатление, что мы сможем прожить и сотню, и тысячу лет. Однако, соз наете ли вы, что с каждой мыслью вы делаете шаг по пути, который ведет только к смерти? С каждой мину той, с каждой секундой, с каждым мгновением время бе жит и подталкивает нас к смерти.

3. Понимаете ли вы, что ваша жизненная сила зависит от одного-единственного дыхания? Неважно, кто вы, ва ша жизненная сила содержится в каждом вашем дыхании. Одно-единственное дыхание равносильно сотне лет. Ведь если вы выдохнули, но не можете снова вдохнуть, даже столетняя жизнь приходит к концу.

4. Встретили ли вы в этой жизни будд и патриархов? Если бы вы родились во времена Будды, то могли бы его встретить. Однако, если в этой жизни вы повстречали духовного наставника, который хорошо практикует со зерцание, то можно сказать, что это равносильно встрече с одним из патриархов. Встреча с такими су ществами не может быть плодом несущественных карми ческих обстоятельств. Напротив, это благодаря карми ческим условиям их можно встретить единожды за сто миллионов мировых веков.

5. Когда вы слушаете проповедь непревзойденной Дхар мы, цените ли вы, сколь это редко и драгоценно? В од ной из своих предыдущих жизней Будда родился царем. Однажды якша (дух-людоед, питающийся кровью) возник перед ним и сказал: "Поскольку все обусловленное не постоянно, оно подверженно возникновению и разруше нию". Выслушав эти слова Дхармы, царь так обрадовал ся, что поклонился из благодарности к якше и восхва лил его за то, что тот проповедовал столь глубокое учение. В ответ якша сказал, что есть и другие уче ния, которые превосходят уже изложенное. Однако, он был тогда очень голоден и должен был попить теплой крови прежде, чем смог бы их преподать. Царь немед ленно предложил собственное тело для этой цели и якша принял его. Однако, поскольку царь мог слушать уче ние, лишь пока оставался в живых, он предложил, что поднимется на вершину высокого дерева и, как только проповедь будет закончена, спрыгнет вниз и таким об разом пожертвует свое тело. Якша принял это предложе ние и царь взобрался на вершину ближайшего дерева. Затем якша сказал: "Когда возникновение и разру шение прекращаются, нирвана есть счастье". Услышав эти слова, царь настолько обрадовался, что немедленно спрыгнул с дерева так, чтобы якша смог съесть его те ло. Но в этот самый миг якша внезапно преобразился в Индру, царя богов. Он поймал царя на руки и восхвалил за отречение от своего тела ради Дхармы. Подобно этому, и у нас, слушая Дхарму, должна быть столь же сильная решимость. Тогда мы будем быст ро продвигаться к достижению состояния будды.

6. Остаетесь ли вы на территории монастыря и соблюда ете ли нравственные заповеди? Этот вопрос подразуме вает, что вы могли нарушить заповеди, находясь за пределами монастыря. В целом он означает, соблюдаете ли вы нравственную чистоту. Было сказано: "В обителях будд нет пробужденных существ, преступивших свои обе ты, за вратами Дхармы Будды нет патриархов, что пово ле потакают себе в неправедных делах". Поступать неп раведно - это все равно, что вести себя просто как обычное живое существо. Так что человек с таким пове дением никогда не завоюет уважения живых существ. Пусть даже у него будет великий пробужденный опыт, не имея уважения, он не сможет принести другим хоть ка кое-то благо. Поэтому важно соблюдать свои обеты и понимать, как поддерживать нравственную чистоту. Та кой человек воистину практикует созерцание.

7. Вовлекаетесь ли вы в ненужные разговоры с теми, кто сидит рядом с вами? Чем больше вы болтаете, тем больше омраченных мыслей будет беспрепятственно воз никать. Поэтому в вашей практике не будет никакого продвижения. Более того, вы не должны предлагать дру гим созерцающим выходить и развлекаться, не позволяя им, тем самым, прилежно созерцать.

8. Не провоцируете ли вы непрестанные споры, приводя щие чужие умы в возбуждение? Когда практикуете сов местно с группой монахов, нет ли у вас привычки гово рить другим то, что вызывает споры и даже заканчива ется потасовками? Если вы сообщаете кому-либо то пло хое, что сказал о нем кто-то еще, это наверняка соз даст причину для ссор и стычек. Поступая так, приводя умы других в возбуждение, вы лишь мешаете им как сле дует практиковать.

9. Является ли ваше хваду ярким, ясным и непрерывным все двадцать четыре часа в сутки? Если ваше хваду действительно отчетливо и постоянно присутствует, то у мыслей о том, чтобы куда-нибудь пойти и развлечься, не будет возможности возникнуть. Это лишь потому, что вы не держите хваду прочно, вам все время хочется гу лять по горам и бесцельно слоняться повсюду.

10. Поддерживаете ли вы хваду непрерывным даже во время разговора? Когда вы с кем-то разговариваете и слушаете то, что он говорит, ваше внимание к хваду никогда не должно прерываться. Даже посреди такого общения оно должно оставаться ярким и живым.

11. В благоприятных или в неблагоприятных обстоятель ствах, образует ли ваше зрительное, слуховое и прочее восприятие единую массу? Вы должны избегать того, чтобы становиться жертвой соблазнов внешних обстоя тельств. Вместо того, старайтесь удерживать сосредо точенность своего ума однородной и прочной. Всякое восприятие, хорошее или плохое, вселенной или своего собственного тела, должно сохранять качество однород ности, объединяясь, таким образом, в единую массу.

12. Думая о себе, уверены ли вы, что сможете превзой ти даже будд и патриархов? Когда вы размышляете о том, насколько вы продвинулись в своей практике, по лагаете ли вы, что ваши качества сравнятся с качест вами Будды? Вам следует таким образом размышлять о том, как продвигается ваша практика. Более того, по лагаете ли вы, что сможете достичь великого пробужде ния и стать, тем самым, почитаемым и святым сущест вом?

13. Уверены ли вы, что в течение этой жизни мудрость Будды будет обязательно вам передана? Как вы думаете: сможете вы пробудиться или нет? Намерены ли вы прак тиковать до тех пор, пока ваша мудрость не станет мудростью Будды?

14. Пока ваше тело здорово и вы все еще можете идти, куда захотите, и сидеть в созерцании, думаете ли вы о страданиях ада? Страдания ада не так уж далеки. Даже будучи в добром здравии, если вы совершите неправед ное дело, причины страданий в аду будут тут как тут. Но пусть вы даже больны и прикованы к постели, если вы непрестанно и усердно вопрошаете хваду так, что оно остается непрерывным, вы не попадете в ад. Но сейчас, когда вы здоровы, понимаете ли вы, что, со вершив неправедный поступок, отправитесь в ад?

15. С этим телом, которое есть плод прошлых деяний, сможете ли вы освободить себя от бесконечных страда ний в кругу рождений и смертей? Думаете ли вы, что сможете достичь освобождения и тем самым избавить се бя от страданий рождения и смерти? Это тело, во всей его целостности, является плодом деяний, совершенных вами в прошлом. Более того, ум каждого человека - это Тело Дхармы (Дхармакая); плод ваших прошлых деяний это Тело Воздаяния (Самбхогакая); и выполнение дея ний, побужденных умом,- это Тело Превращения (Нирма накая). Каждый из нас, таким образом, наделен этими тремя телами Будды.

16. Остается ли ваш ум в неподвижности под воздейс твием восьми ветров? Восемь ветров - это: приобрете ние, потеря, хвала, порицание, добрая слава, дурная слава, удовольствие, неудовольствие. Когда вы видите что-то приятное или неприятное, либо сталкиваетесь с благоприятными или с неблагоприятными обстоятельства ми, всегда ли вы остаетесь собранным и невозмутимым и поддерживаете свой ум прочным, как гора, и спокойным, как глубокий океан?

Таковы шестнадцать методов тщательной самопро верки во время практики созерцания. Более того, древ ние говорили: "Если не освободишься в этой жизни, в какой еще жизни будет у тебя такая возможность?" Если бы после смерти вам обязательно предстояло переро диться в другом человеческом теле, то не было бы ни чего страшного в том, чтобы пролежать и проспать все свое время в этой жизни. Однако, человеческое тело нелегко обрести. Это так же трудно, как "слепой чере пахе продеть голову в деревянное ярмо". Представьте, что в океанских глубинах живет сле пая черепаха. Каждые сто лет она поднимается на по верхность, чтобы вдохнуть. Иногда ей случайно удается попасть головой в деревянное ярмо, плавающее на по верхности, и передохнуть на его краю. Даже для чере пахи с хорошим зрением и то было бы трудно, подняв шись с такой глубины, попасть головой в ярмо, плаваю щее посреди океана. Насколько же это труднее для сле пой черепахи! Точно так же трудно обрести человечес кое тело. Так что если кто-то обрел столь драгоценное человеческое тело, но живет лишь в праздности и уми рает, ничего не достигнув, то он попросту промотал свою жизнь. Не бывает большей растраты. Теперь лишь один месяц остается до конца этого затворничества. Скоро наступит лунный Новый Год. В это время вы можете захотеть лишь праздно развлекать ся и так впустую тратить свое время. Однако, веди вы себя таким образом, ваша жизнь будет бессмысленна и вы умрете напрасно. Поэтому в этот последний месяц вы должны практиковать старательно и с большим усердием. За это время вы должны разрешить великий вопрос рож дений и смертей.


ШЕСТАЯ ЛЕКЦИЯ (Проведенная совместно с церемонией поминовения)

(Взойдя на престол Дхармы, наставник называет имя умершего и ударяет посохом по основанию своего сиденья). Этим ударом я разрушаю бессчетные кармические препятствия всех живых существ. (Ударяет посохом второй раз). Так я разрушаю все застывшие мнения просветлен ных существ относительно их достижений. (Ударяет посохом третий раз). Так я проявляю изначальное лицо умершего. Пони маете вы этот принцип или нет? Хак! Плавя золото, можно сделать сосуды тысячи раз личных форм. Но природа золота никогда не меняется. Сегодняшняя беседа проходит в последний день двенадцатого месяца лунного года. В то же время, она проводится ради умершего. Я осмелюсь спросить собра ние: Где дорога в нирвану для этого умершего? Свет драгоценной луны океана Дхармы проникает по всей все ленной. Понимаете ли вы эту истину?

Проводить старый год и встретить новый - это прожить год осла. Хотя нет ни прироста, ни уменьшения, возвращаются четыре времени года. Три бесчисленных века проходят в тот миг, когда омраченность ума приходит к концу. Так, в тишине и спокойствии, не делая ничего, достигаешь покоя освобождения (нирвана).

Сегодня последний день последнего месяца как для всех тех, кто собрался здесь, так и для умершего. Что означает этот последний день года? Он означает тот миг, когда последний взгляд падает на землю. Для всех вас придет время бросить на землю последний взгляд. Это уже случилось с умершим. На самом деле, в двенад цатилетнем календарном цикле нет года осла. Точно так же, когда вы провожаете старый год и встречаете но- вый, создается впечатление, будто что-то произошло. На самом деле, ничего не произошло. Для всех вас, равно как и для умершего, изначально нет ни рождения, ни смерти. Таким образом, нет ни прироста, ни умень шения. Ничто не рождается, ничто не умирает. Однако, четыре времени года всегда возвращаются. Более того, говорят, что Будда достиг пробуждения после практики на протяжение трех бессчетных веков. Однако, три бессчетных века минуют в тот миг, когда любой из вас или же умерший прорвутся сквозь омрачения ума. Тогда, в покое и бездействии, не заботясь о рождении и смер ти, о приходе и уходе, о прошлом и настоящем, о про водах старого года и встрече нового, вы достигаете покоя освобождения (нирваны). О умерший! Если ты скажешь, что был рожден, это будет все равно, что говорить о пузырях на воде. Если ты скажешь, что умер, это будет все равно, что ска зать, что дымок плывет над горами. Поэтому все вы, собравшиеся здесь монахи, скажите что-нибудь ради блага умершего! Что лежит за пределами рождения и смерти? Что происходит, когда лопаются пузыри и рас сеивается дымок? Иначе говоря, коль это тело не роди лось и не умерло, где же тогда пребывает ум? (Собрание пребывает в молчании). Раз вы ничего не говорите, тогда это сделаю я. Один чистый луч света из завитка волос между глаз Будды выходит за пределы прошлого, настоящего и буду щего. Он проникает в десяти направлениях по всей все ленной. Хотя лотос растет из грязи, он ею не запят нан. О умерший! Раз говорят, что ты покинул этот мир, то сегодняшняя церемония сотого дня действительно де лается для тебя. Однако, разве есть на самом деле ка кие-то рождение и смерть? Тело призрачно и подобно сну. Все вы должны пробудиться от этого сна. Тот, кто не смог пробудиться к уму - бодрствует он или спит - все еще грезит. Хотя тело нереально, мы все пребываем в иллюзии, что оно таково. Потому говорят, что мы грезим. Почему же мы грезим? Потому, что мы обуслов лены привычными склонностями. Так мы поддаемся этой иллюзии и вынуждены претерпевать бесконечные страда ния. Поэтому кажется, что мы проходим через рождение и смерть. Однако, это не более реально, чем отражение в зеркале, которое точно так же кажется существующим, хотя, в действительности, это не так. Точно так же мы поддаемся иллюзии, что видим нечто, чего на самом де ле нет. Однако, сокровенная сущность истинной природы по сути своей пуста. Она не возникает вместе с этим телом при рождении и не исчезает при его смерти. Все действия возникают от предшествующих причин точно так же, как пламя вырывается из снега и льда. На протяжение безначальных веков, со времен еще до сотворения Земли, изначальная природа ясна и свет ла. Так как же могут существовать рождение и смерть? В действительности, для умершего не было смерти. Пусть даже говорят, что этот человек умер, какая нуж да давать ему эти наставления? Потому что раз остает ся иллюзия того, что он умер, то тем самым проявлен принцип неумирания. Но воистину, когда вы могли уме реть? Когда вы могли родиться? Приходя, неоткуда прийти. Уходя, хотя может ка заться, что вы куда-то идете, в действительности, ид ти некуда. Вы изначально ниоткуда не пришли. Поэтому не может быть места, куда вы могли бы отправиться. Стало быть, сама по себе истинная природа всегда ТА КОВА. В ней умы и тела всех вас, собравшихся здесь, пребывают в покое. Так вы можете идти по своему жела нию в небесные царства или в миры будд. Вы можете свободно странствовать повсюду. Как радостно! Ведь правда, как радостно!


СЕДЬМАЯ ЛЕКЦИЯ

Сегодня начинается свободный сезон. Свободный сезон (кор. хэчжэ, букв."освобождение от ограниче ний"), в действительности, подразумевает осуществле ние вашей истинной природы и продление мудрости будд и патриархов. Более того, настоящее освобождение от ограничений начинается только тогда, когда вы способ ны сострадательно направлять живых существ и помогать им. Если здесь есть кто-то, достигший такого состоя ния, скажи что-нибудь! (Собрание хранит молчание). Раз никто ничего не сказал, это не будет настоя щий свободный сезон. Так какие у вас есть оправдания своим увеселениям, расслабленности и пустой трате времени?

Быть неспособным войти в сокровенные врата патриархов, но, тем не менее, продолжая гордиться,- Все равно, что пытаться пересечь океан на спине комара. Это, конечно же, самообман. Самонадеянно заявлять, что узрел свою истинную природу - Все равно, что сказать, что сковал паучьей сетью гору Чоге.

Тот, кто шумно заявляет, что пробудился, преус певает лишь в том, что обманывает себя и хитрит перед святыми. Подобная ложь столь же тщетна, как и попытки сковать паучьей сетью гору Чоге. И тот, кто, будучи неспособен пробудиться, просто развлекается и слоня ется повсюду, подобен тому, кто пытается пересечь океан, оседлав комара. Думаете ли вы, что кто-то мо жет преуспеть в том, чтобы сковать гору Чоге паутиной или пересечь океан верхом на комаре? С таким самооб маном, как может ваша жизнь не быть напрасной, а ваша смерть не быть полной горя? Поэтому вы никогда не должны претендовать на то, что пробудились, когда, на самом деле, это не так. Ваша единственная цель - открыть в собственном уме сокровенный ум нирваны всех будд. Это означает, что, взращивая ум, который есть у вас как у живых су ществ, вы, в конце концов, должны открыть сокровенный ум нирваны всех будд. Вам не нужно повсюду его ис кать. Рождение и смерть - это воистину великий вопрос. Но жизнь в высшей степени неопределенна и преходяща. Ибо неспособность один раз вдохнуть будет знаменовать собой конец жизни, которая могла бы длиться сто лет. Если долголетие зависит от одного единственного дыха ния, как можете вы знать, когда умрете? Если бы смерть забирала только старых, но не молодых, тогда, с уверенностью, что вам еще жить и жить, у вас были бы оправдания тому, чтобы лечь и просто сладко спать. Но это не так. Рождение и смерть - это великий воп рос. Жизнь проходит быстро. Так как же вы можете поз волять себе так дико и неуправляемо себя вести? Когда во время смерти вы бросаете последний взгляд на зем лю, сожаления уже бесполезны. Тогда, наконец созна вая, что скоро умрете, вы можете начать беспокоиться о том, что же делать. Но все, что бы вы тогда ни по пытались сделать, будет бесполезно. На протяжение безначальных веков Путь был затем нен омрачениями огромной тяжести и глубины. Насколько же тяжелы и глубоки эти омрачения? Они тяжелы, как земля, и глубоки, как океан. Омрачения - это, на са мом деле, привычные склонности, которые вы накопили с безначальных времен. Раз они столь глубоко в вас уко ренились и так сильно тянут вас вниз, как можете вы не понимать необходимости практиковать с величайшим усердием? Омрачения подобны тучам, покрывающим солн це. Хотя солнце ярко светит за тучами, его свет нель зя увидеть. Лишь когда тучи рассеются, свет станет явным. Если вы действительно хотите добыть драгоценный камень из-под грязи и булыжников омрачений, вы должны думать о том, как снег и лед твердеют и плавятся. Не давно здесь было много снега. Теперь он уплотнился и затвердел и не растает быстро. Просто взгляните! Снег провозглашает непревзойденную проповедь Дхармы. Ведь растворение омрачений и раскрытие вашей истинной при роды подобно таянию этого снега. Чтобы растаять, он должен оказаться на солнце. Тогда он превращается в воду, которую можно использовать для питья, стирки и так далее. Представьте, как долго ему пришлось бы та ять, побудь он на солнце всего один день, а потом бы снова затвердел за десять холодных дней. То же самое происходит, когда вы пытаетесь практиковать созерца ние: если вы усердно практикуете один день, но затем расслабляетесь и развлекаетесь последующие десять дней, как вообще сможет растаять затвердевший наст омрачений? Даже посреди высочайшего спокойствия вы никогда не должны позволять хваду меркнуть. Ибо если в такое время оно остается живым и ярким, то великое пробуж дение станет ближе. Более того, созерцающий должен теперь относиться к хваду, как к самой своей жизни. Когда приходишь, хваду должно приходить; когда ухо дишь - должно уходить; когда ешь, хваду должно есть. И даже когда испражняешься, это само хваду должно испражняться. Если вы так практикуете, то великое пробуждение обязательно приблизится. Поэтому не нужно просто праздно развлекаться без всякой цели! Тщатель но и прилежно исследуйте живое слово (хваду). Напоследок я хотел бы пояснить следующее извест ное изречение:

В высочайшей податливости - величайшая сила;
В высочайшей гармонии - тончайшая радость;
В высочайшей мягкости - благороднейшая добродетель;
В высочайшей скромности - величайшее счастье.
Лишь с высочайшим терпением можно стать мудрецом.

Возможно, что кто-то покажется со стороны очень простым и даже глупым. Может казаться, что он не храбр, слишком уступчив и слабо соображает. Однако, внутри он может выковывать могучий меч. Сходным обра зом, при столкновении с какими-то обстоятельствами со стороны может показаться, что вы обращаетесь с ними мягко и уступчиво, однако внутри ваш ум должен быть столь же остер, как могучий меч. Тот, кто может так действовать, действительно надежно построил свою практику. Точно так же, вы должны стараться быть гармонич ными. Вы должны учиться любить друг друга, ладить между собой и действовать ради других, а не ради се бя. Но если ваше поведение входит в противоречие с интересами и благополучием других, вы будете порож дать только конфликты. Важно быть мягким и не идти против желаний дру- гих. Даже сходите со своего пути, чтобы быть полезны- ми другим людям. Тем самым вы накопите благороднейшую из добродетелей. Скромность - это еще одно качество, которое сле дует развивать. Вместо того, чтобы навязывать себя другим, вы должны учиться гибко приспосабливаться к их нуждам. Вы должны внимательно слушать, что они го ворят, и оказывать им помощь в любом труде. Тем самым вы обретете удовлетворение и счастье. Наконец, вы должны учиться быть терпеливыми. Вы должны сносить лишения, претерпевать тяготы и браться за то, что трудно. Во время практики вы можете столк нуться с периодами трудностей. В это время важно не сдаться, но прилежно пройти через них. Таким образом, внутри вас взрастет сила терпения и, в конце концов, вы станете совершенными мудрецами. Такие люди способ ны сидеть на львином престоле и провозглашать львиный рык на благо всего живого.


ПЕРВАЯ НЕФОРМАЛЬНАЯ БЕСЕДА

Я хотел бы рассказать вам о случае, который про изошел со мной в тот год, когда я стал монахом (1938). Я только-только провел летний сезон созерца- ния в зале созерцания Самиль Ам монастыря Сон-гван вместе с двадцатью двумя другими монахами. Это был плодотворный сезон, поскольку я приложил к своей практике очень большие усилия, дойдя до той точки, когда меня уже больше не беспокоило, жив я или мертв. За это время моим другом по Пути стал монах Пэк сан-сыним. Он был очень серьезным практиком созерца ния. Даже прогуливаясь, он держал свои глаза полузак рытыми и никогда не глазел вокруг. Когда настал свободный сезон, Пэксан-сыним и я решили оставить Сонгван Са и отправиться в какое-то другое место для продолжения нашей практики. Однако, Сокту-сыним, учитель моего учителя, незадолго до того попросил меня остаться, чтобы ухаживать за ним. Так что у меня было два мнения по поводу того, что де лать. Однажды утром, сразу после завтрака, Пэксан-сы ним решил отправляться. Хотя я хотел идти с ним, я чувствовал, что мне следует выполнить просьбу Сок ту-сынима. Так что мой друг пошел один. Утро прошло, и, изрядно поразмыслив над своим затруднительным по ложением, я решил, что мне будет лучше все-таки уйти. Так что вскоре после обеда я закинул котомку за спину и отправился вслед за Пэксан-сынимом. Чтобы настичь своего друга, мне нужно было доб раться до храма Тэан Са вблизи города Коксон, который был примерно в семидесяти ли (35 км). Я усердно шагал до самого вечера, но когда наступила ночь, я решил провести ее в близлежащей деревушке. Ночью я почувс твовал себя очень плохо. Этот внезапный недуг мог быть вызван простым переутомлением. В течение всего лета я усердно занимался своей практикой и, вдобавок, почти без перерыва только что отмахал шестьдесят ли за полдня, таща на себе тяжелый мешок. На следующее утро, после того, как селяне дали мне чего-то переку сить, я все же продолжил свой путь, невзирая на бо- лезнь. Однако, тело мое было изнурено болью, и мне потребовалось целое утро, чтобы с великими трудностя ми покрыть оставшиеся десять ли. К полудню я, нако нец, добрался до Тэан Са. Я встретил Пэксан-сынима у ворот храма. Он поо бедал и как раз собирался пойти на небольшую прогул ку. Вместо этого, он пригласил меня войти. Затем, по обедав, мне пришлось прилечь из-за той боли, которую все еще причиняло мне тело. Остаток дня я мог отды хать. Затем пошел дождь, и мы, в любом случае, не могли никуда идти. Тем не менее, болезнь моя продол жалась всю ночь и следующее утро. Рано утром дождь, наконец-то, закончился. Но я все еще чувствовал себя слишком больным, чтобы про должить путешествие в тот же день, и думал, что лучше будет остаться в храме и отдохнуть. Вскоре нам при несли записку от храмового начальства, извещавщую нас, что дождь прекратился. Это ясно означало, что монахи храма сочли, что нам пора уходить. Обсудив этот вопрос с Пэксан-сынимом, мы поняли, что выбора у нас нет. Чувствуя себя слабым и больным, я сперва до вольно неохотно собирался в дорогу. Однако, мой друг объяснил мне, что было бы больше проблем, задержись мы подольше. Вам следует помнить, что в те дни ситуация в храмах довольно-таки отличалась от той, что сейчас. Это было время, когда большинством храмов руководили женатые священники, а не монахи. Сейчас, если бы мо нах-созерцатель пожелал остаться на лишний день по причине того, что слишком болен, чтобы путешество вать, храмовое начальство никогда бы не возражало. Но тогда для нас, созерцателей, было совершенно невоз можно оспаривать слова женатых священников. Тогда я начал размышлять о своем положении. Бо лее суток я буквально стенал в болезни. Все мое тело от макушки до пят болело. Однако, подумал я, монах практикует с целью достичь освобождения от рождения и смерти, и ему не следует переживать из-за телесной боли. И в самом деле, где была та боль, которая при чиняла мне такие страдания? Где она находилась? Таким образом я искал местонахождение боли по всему телу. Занимаясь внутренним поиском боли, я внезапно осоз нал, что нет ни единого места, где могла бы разме щаться боль. Хотя я обследовал все свое тело с головы до пят, я нигде не мог обнаружить никакой такой боли. Вслед за этим я сразу же исцелился. Я тотчас вскочил на ноги и сказал Пэксан-сыниму, что уже совершенно здоров и мы можем продолжить наш путь. Однако, в этот момент колокол позвонил к обеду. Так что мы остались поесть и ушли вскоре после трапе зы. Во второй половине того же дня мы без труда доб рались до города Коксон и провели ночь в городском храме. На следующий день мы продолжили путешествие. Этот рассказ говорит о том, как важно для созерцающе го крепко держаться за свой ум. Таков долг всякого, кто следует Пути. Ум хитер, как лиса, и шкодлив, как домовой. Если просто отпустить его, он позволит воз никнуть всевозможным мыслям. Этого не следует допус кать. Вместо того, если мы примем в уме твердое реше ние, все омраченные мысли можно будет смыть напрочь. Таким образом, те из нас, кто заявляет, что практику ет созерцание, должны точно уравновесить свой ум, словно очень острый кинжал. Так мудро нам следует вести себя.

Чтобы преуспеть в практике созерцания, вы должны упрочить окончательную решимость. Так что же такое эта окончательная решимость? Это правда, что все вы оставили свои семьи с решимостью пестовать свой ум. И теперь вы таскаете дорожный мешок монаха и проводите свою жизнь в зале для созерцания. Но это всего лишь обычная решимость. Это не то, что имеется в виду под окончательной решимостью. Окончательная решимость означает полное отсече ние всякой заботы о жизни и смерти, чтобы вас более не волновало, живы вы или мертвы. С такой решимостью созерцатель просто прилепляет два слова "жизнь" и "смерть" к своему лбу и, сжав зубы, усердствует в практике. С такой решимостью он отбрасывает свое тело прочь, как если бы бросал камень в придорожную кана ву. Почему же необходимо прилагать такие усилия? По тому что все будды и патриархи прошлого, равно как и мудрые учителя наших дней, говорили одно и то же, а именно: "Каждое живое существо изначально есть Буд да". Но, размышляя сейчас о самих себе, можете ли вы уверенно сказать, что вы - это святой и просветленный Будда? Есть ли кто-нибудь здесь, кто провозгласит се бя Буддой? Если вы ощущаете, что вы все еще не Будда, зна чит имеет место прегрешение шести воров. Все явления внешнего мира, которые проходят через врата шести чувств, подобны ворам, желающим вас обмануть. Они постоянно надувают вас и таскают повсюду. И коль ско ро вы, пусть даже самым ничтожным образом, обмануты одним из этих воров, это все равно, что быть ими уби тым. Потому что в этот миг они захватывают власть над вашим умом. Из-за них прирожденные будды вынуждены действовать, словно обычные живые существа. Перед лицом этих шести воров вам нужна отвага воина на передней линии сражения с врагом. Внезапно сталкиваясь с врагом посреди битвы, воин не имеет времени размышлять, хорошо ли стреляет его соперник или будет ли этот выстрел роковым. Чтобы избежать опасности быть убитым огнем врага, он вынужден стре лять без промедления. Подобным образом, как только малейшая мысль возникает во вратах одного из шести чувств, вы должны быть так же бдительны, как если бы вор пытался ворваться в ваш дом. В тот миг, когда один из шести воров показывается во вратах чувств, исследование сущности с помощью хваду оставляет вас. Иначе как мог бы один из воров появиться на первом плане? Пока ум крепко удерживает хваду, врата шести чувств будут плотно закрыты и не будет лазеек, через которые мог бы пробраться вор. Следовательно, пока хваду остается ясным, вы остаетесь в живых. Но как только одному из воров удается проникнуть через врата чувств, вы уже мертвы. Чтобы шесть воров потерпели неудачу, вы должны отбросить прочь все заботы о теле. Вы должны отшвыр нуть его, как бесполезный, ни на что не годный булыж ник. По привычке, вы слепо следуете за своей неуправ ляемой привязанностью к телу и так и проводите всю свою жизнь в попытках хорошо накормить его и одеть, удостоверяясь тем самым, что оно в порядке. На протя жение бесчисленных веков вы были слугой тела и потому играли роль обычного живого существа. Но отныне вы должны учиться заставлять тело служить вам. Точно так же, вместо того, чтобы быть пойманными шестью чувс твами, вы должны заставить их повиноваться. Впредь уже ваше слово станет решающим. Таким образом ваша практика сможет хорошо продвигаться. Будет большой ошибкой думать, что, усердно поп рактиковав несколько дней, вы получаете право улечься и на время расслабиться. Очень легко найти множество предлогов для такого поведения. Но это приведет вас к смерти от рук шести воров. И все, что вам останется, это играть роль трупа. Следовательно, практикуя созерцание, важнее все го упрочить окончательную решимость. Иначе невозможно будет прорваться сквозь преграду патриархов. В своей практике вы ничего не ищете вне самих себя. Напротив, вы ищете ничто иное, как свою собственную изначальную природу. Таким образом, это задача, которую каждый из вас должен выполнить самостоятельно. Но если у вас отсутствует окончательная решимость, потребуются не исчислимые века, чтобы хоть насколько-нибудь продви нуться. Есть много людей, которые, усердно попрактиковав некоторое время, не ощущают никакого продвижения. Тогда они в отчаянии сдаются и начинают думать о том, чтобы практиковать что-нибудь другое. Таким образом, они поддаются омраченному мышлению и лени. Однако, подобное отношение саморазрушительно. Будь вы уверены в том, что переродитесь человеком, было бы неважно, сколько времени вы истратите на пустое саморазвлече ние. Но, на самом деле, нет никакой определенности по поводу того, какого рода перерождение вас ожидает. Некоторые люди верят, что смерть окончательна и что за ней нет никакой дальнейшей жизни. Эти люди впали в крайность воззрения нигилизма (всеотрицания). Есть еще другие, которых не заботит природа их после дующих перерождений. Они полагают, что сейчас надо просто наслаждаться этой жизнью, а если и переродишь ся в аду или животным, то какая, на самом деле, раз ница? Они полагают, что раз ум вечен и будет снова и снова обретать многочисленные тела, то какой смысл заботиться о каком-то отдельном перерождении? Люди, которые думают таким образом, впадают в крайность воззрения этернализма (всеутверждения). Важно освобо дить себя от этих двух крайностей: нигилизма и этер нализма. Через некоторое время занятий созерцанием вы ис пытаете вхождение во врата пустоты и вам придется шагнуть с шеста длиною в сто чи (1 чи (кит.) - ок. 0.33м.). Только тогда сможете вы прорваться сквозь преграду патриархов. Итак, что же на самом деле озна чает "прорыв" сквозь эту преграду? Это означает прев зойти две крайности - нигилизма и этернализма. Это происходит потому, что, когда появляется одна мысль, возникают все десять тысяч явлений вселенной; а когда мысль прекращается, все явления возвращаются в безмя тежную пустоту и приходит радость нирваны. Все еще возможно, что даже после длительной тя желой практики будет казаться, что не происходит ни какого продвижения. В это время может появиться мысль, что вы попросту непригодны для такой трудной и тяжелой задачи. Такая практика созерцания, быть мо жет, подходит тем, у кого в прошлом уже был большой опыт, но не таким новичкам, как вы сами. Но преда ваться таким мыслям - значит разрушать семя буддовос ти. Это все равно, что готовить ад самому себе. От вергнув эту задачу только потому, что она кажется трудной, вы придете лишь к тому, что будете претерпе вать дальнейшие страдания, где бы вы ни находились. Если таким образом сдаться, вы останетесь вдалеке от пробуждения. Путь перед вами померкнет, и вы будете обречены на бесконечные дни мрака. А тогда, как вам освободиться от рождения и смерти? Как бы тяжело вам ни приходилось порой, но, если вы неустанно будете себя утруждать, ваше созерцание рано или поздно созреет. Накопленные вами омрачения постепенно исчезнут, а блуждающие мысли ослабнут. Тогда продвижение станет заметным. Постоянно прилагая усилия, почему бы вам, в конце концов, не пробудить ся? Будды и патриархи прошлого были также, как и вы, обычными людьми. Лишь благодаря своей твердой реши мости смогли они стерпеть то, что было трудно стер петь, и, таким образом, преуспели в осуществлении трудной задачи пробуждения. Способ практики не изме нился. Сейчас он такой же, как и тогда. Однако сейчас люди зачастую говорят, что их практика не продвигается хорошо, поскольку сейчас век конца Дхармы - время, когда учение Будды в упадке. Такие разговоры глупы. Будь то во времена Будды или сейчас, как только пробуждается мысль осуществить буддовость через поиск ума, вступаешь в высшую колес ницу. Если бы во времена Будды кто-то подумал, что эта задача слишком трудна для обычного живого сущест ва, у него тоже не было бы никакого продвижения. Для такого человека всегда будет век конца Дхармы.

Говорят, что цивилизация Востока и Запада сейчас находится в поворотной точке. Каждое мгновение - это время великой неопределенности. Если бы, к примеру, началась третья мировая война, никто не смог бы предсказать исход для будущего человечества. Когда человеческое общество находится в смятении, всегда существует возможность изменения в данном направле нии. Не только отдельные народы могут претерпевать перемены, но даже идеология человечества в целом мо жет измениться. Такое время предоставляет особенно хорошую возможность для продвижения в практике созер цания. Когда положение в мире столь ненадежно, мы чувствуем побуждение к практике от осознания того, что время нашей смерти неизвестно. Вообще говоря, всякое время великих сдвигов и перемен, таких как возникновение или крушение народа, хорошо подходит для успешной практики созерцания. Важно, чтобы вы взращивали сильное желание при носить пользу людям. Такое стремление возникает из сострадания. Сострадание к другим рождает намного большую решимость практиковать, чем простое желание обрести собственное освобождение от рождения и смер ти. Таким образом, вы сможете полностью посвятить се бя созерцанию даже перед лицом угрозы смерти. Более того, чтобы действительно быть в состоянии помогать другим, вы должны стремиться взрастить дух великого героя. Это необходимо, поскольку только тот, кто является величайшим среди героев, способен выпол нить эту трудную задачу. Вам требуется величайшая от вага, чтобы привести эту практику к завершению. Пре образить этот мир в Чистую Землю и превратить обычных живых существ в святых мудрецов - дело непростое. Это воистину работа для великого героя.


ВТОРАЯ НЕФОРМАЛЬНАЯ БЕСЕДА

Есть три существенных элемента созерцания хваду: великая вера, великая отвага и великое вопрошание. Во-первых, вера. Это не верование в Будду, но вера в себя. Вы должны верить в себя, потому что все будды трех времен, все патриархи, бодхисаттвы и духовные наставники этого поколения утверждают, что каждое жи вое существо изначально есть будда. Поскольку слова Будды не ложны, совершенно точно, что всякое существо по природе своей является Буддой. Подумайте над этим: стали вы Буддой или нет? Все будды приложили великие усилия, практикуя с целью достичь пробуждения. Это не давалось им легко. Когда вы видите, что другие достигают пробуждения, подумайте о том, что сами вы все еще не смогли пробу диться. Другие люди стали буддами, а вы нет. Вы лишь продолжаете создавать карму во вращающемся колесе рождений и смертей. От таких мыслей может родиться самоупрек: "Почему же я неспособен стать Буддой?" На протяжение безначальных веков вы жили, веря в то, что ваше тело и есть ваше Я. Вы проводили время, стараясь только накормить, взлелеять и уберечь его. Человек состоит как из тела, так и из ума. Но вы пол ностью пренебрегали умом и знали только тело, которое не более, чем потенциальный труп. Тысячи лет вы дума ли только о том, чтобы оберегать то, что, в конце концов, умрет. В ходе этого родилась привязанность. Вы непрестанно цепляетесь за хорошее и отвергаете плохое. Это омраченное мышление становится все силь нее и начинает казаться вашей первичной природой. Вы ошибочно принимаете омраченное мышление за ум. В наши дни люди говорят: "То, что ощущает, разве это не ум?" Но видеть и ощущать - это просто реакции ума на соот ветствующие обстоятельства. Это просто омраченное мышление. Я поясню далее. Возьмем, к примеру, воду: когда она спокойна, в ней отражается сияющая луна. Но при определенных условиях, таких как ветер, возникают волны. Луну нельзя будет ясно увидеть. Ее отражение разрушено волнами. Можно ли считать это подобием ума? Нет, это был бы просто ум-"рябь на воде". Конфуцианские ученые говорят о том, что можно быть хорошим или плохим по природе, имея в виду, что изначальная природа личности бывает либо хорошей, ли бо плохой. Они полагают, что это слова великого уче- ния. Но это не так. Почему? Потому что все зависит от обстоятельств: если преобладают хорошие обстоятельст- ва, возникает ум, по природе хороший; если преоблада ют плохие обстоятельства, возникает ум, по природе плохой. Для того, чтобы ум был хорошим или плохим по природе, изначально нет определенных правил. Всякий ум, возникающий согласно обстоятельствам, есть некий вид омраченного мышления. Что хороший ум, что плохой - и то, и другое является омраченным мышлением. Преж де, чем возникает хороший или плохой ум, каков ум? Как-то в Соединенных Штатах, в Клермонтской Тео- логической Школе, один профессор спросил меня: "Что есть то, что знает, как видеть и слышать? Разве это не ум?" Я ответил: "Вы можете называть это умом, но это лишь некая разновидность омраченного мышления. Что есть ум, прежде чем вы видите или слышите?" Он сказал: "Конечно же, там просто ничего нет." Я отве тил: "Если бы вы сидели, не думая, были бы вы мерт- вы?" "Нет, не был бы",- ответил он. В заключение я сказал: "Если бы вы не были мертвы, значит там должен быть ум. Что такое ум как таковой? Вы должны искать его и пробудиться к нему." В ответ он сказал, что по пытается и поразмыслит над этим. Практикующие созерцание, вы знаете, как поднять свой кулак или моргнуть глазами, как есть рис или пить воду. Не ОНО ли это? Итак, прежде чем поднять кулак или моргнуть, что это? Вы должны без промаха попытаться что-то сказать прежде, чем возникнет од на-единственная мысль. Вам должно быть все с этим яс но. Если вы просто любопытствуете, то ли это, что знает, как ощущать, значит вы, на самом деле, не зна ете, что это такое. Такой подход называется рассудоч ным дзэн. Для выполнения этой задачи необходимо также по родить дух великой отваги. Все люди стараются хорошо заботиться о теле. Пусть даже это всего лишь потенци альный труп, они хорошо его кормят, хорошо одевают и создают ему удобства. На протяжение неизмеримых веков они слушались его и оберегали. Но, поступая так, они лишь создавали обильную карму во вращающемся колесе рождений и смертей. Теперь же важно заставить тело повиноваться нам. Как только вы пробуждаете дух вели кой отваги, вы больше не знаете, даже как спать или есть. Вы забываете обо всем и лишь практикуете созер цание. Кроме того, вы должны взращивать великое вопро шание. Созерцаете ли вы хваду "Что это такое?", "Нет!", или "Кипарис во дворе", если вы просто сидите неподвижно, поддерживая хваду без вопрошания и непре рывности, это будет все равно, что "смотреть на дере во в ожидании кролика". Был однажды человек, который прогуливался по лесу. Пробегавший мимо кролик врезал ся головой в дерево и убился. Человек забрал его до мой и съел. Затем он подумал, что то дерево - должно быть - особое кроликоулавливающее дерево. Так что он начал возвращаться к нему и смотреть, нет ли там больше мертвых кроликов. Но сколько бы он ни ждал, какова вероятность того, что там погибнет еще один кролик? Точно так же, если вы просто сидите, удержи вая хваду без всякой непрерывности или вопрошания, в созерцании не будет никакого продвижения. Будда поднял цветок лотоса. Что он под этим под разумевал? Чжаочжоу сказал "Нет!". По какой причине? "Кипарис во дворе" - каков смысл этих слов? Вы не в состоянии понять эти вещи. Так что начинайте вопро шать, раз вы не понимаете. Если бы вы понимали, не было бы нужды в каком-либо вопрошании. В данной прак тике величайшая болезнь созерцающего - это нехватка подобного вопрошания. Некоторое время тому назад у меня был такой опыт. Один монах по имени Попчхын-сыним был очень усерден в практике созерцания. Будучи товарищами по Пути, мы как-то совместно путешествовали и практико вали. Однажды мы на некоторое время отправились в затвор Судо Ам. Там был еще один монах, Чондам-сыним, который всегда много помогал людям. Для развития сострадания он взялся за то, чтобы каждый день вычи щать туалет. Однако, однажды он подхватил дизентерию, видимо, в результате работы в туалете. Он был так бо- лен, что казалось, что он близок к смерти. Поскольку место затворничества было очень отдаленным и уединен ным, лекарства были недоступны. Чондам-сыним решил, что если ему предстоит умереть, он умрет; а если ему предстоит жить, то будет жить. Однако, он узнал о сы роедении и, побыв несколько дней на такой диете, ис целился от дизентерии. Позднее, все мы втроем отправились заняться ка ким-нибудь делом. Утром мы добрались до города Санчжу и пообедали там. После обеда у Попчхын-сынима появи лись сильные боли в животе. Он даже не мог сидеть и поэтому прохаживался туда-сюда. Он обошел весь город в поисках различных восточных и западных лекарств. Мы купили немного, но они не помогли. В конце концов, желудок Попчхын-сынима прободел. В городе Санчжу не было такой больницы, где бы ему могли сделать опера цию. Мы взяли его к врачу, и тот посоветовал нам отп равляться в Тэгу, но был слишком поздний воскресный вечер, чтобы уезжать. Мы решили отправиться следующим утром. На ночь я взял Попчхын-сынима в дом своего друга. Мы положили его отдохнуть на теплый пол. Он расстроенно вздыхал: "Я умираю". Затем повернулся ко мне и сказал: "Пожалуйста, практикуй хорошенько и пе- реправь меня на тот берег, к пробуждению". Я ответил: "Такова природа нашего монашеского пути: осознавать непостоянство бытия. Поэтому мы в любой момент должны быть готовы к своему уходу. Помимо этого, нет больше ничего, что я бы мог сказать. Но что касается взаимо отношений между друзьями по Пути, мы должны стараться помогать друг другу из одной жизни в другую. Если я первый обрету пробуждение, я помогу тебе перебраться, и наоборот. В этом случае тебе не о чем беспокоиться. Теперь же давай подождем, пока не кончится ночь." Как обычно, мы поднялись рано утром около трех часов. Чондам-сыним вошел в мою комнату и заметил, как потемнело лицо Попчхын-сынима. Попчхын-сыним спросил, почему в комнате так темно. На самом деле, это угасало его зрение. Его живот так болел, что на него нельзя было даже положить руку. Около шести ча сов утра Попчхын-сыним почил. Ничего нельзя было сде лать. Мы пробовали разные лекарства. Приходил специа лист, чтобы его обследовать. Он говорил, что желудок прободел и что критическое время наступит на следую щее утро между шестью и девятью часами. Как оказа лось, врач хорошо знал, о чем говорил. Вскоре после этого мы исполнили все погребальные обряды и сожжение. Такого рода работу должны были сделать мы сами, и никто иной. На самом деле, следую щий Пути должен знать, как выполнять всякого рода ра боту. Проживая в Сонгван Са, я сам выполняю погре бальные обряды, если монаху доводится умереть. С тех пор, как я здесь, это случилось раз восемь. В действительности, мы не знаем, когда умрем. Будучи здоровы, мы верим, что сможем прожить сотню лет. Верить в это - значит обманывать себя. После сожжения Чондам-сыним и я упокоили останки Попчхын-сынима. Я предложил Чондам-сыниму возвращать ся со мной в Судо Ам практиковать. Однако, он решил идти в затвор Пэкчхон Ам. Так что я вернулся в Судо Ам с твердой решимостью усердно практиковать вплоть до обряда поминовения сорок девятого дня. В течение этого времени я надеялся пробудиться, чтобы суметь переправить Попчхын-сынима [на другой берег]. Мы трое были товарищами по Пути, странствующими вместе; один покинул этот мир, один отправился в другой храм. Ка ково мне было тогда? В такое время сердце глубоко пе реживает непостоянство. Сказать, что это тело живет, значит очень мало. Сознаете ли вы, что оно зависит от каждого мгновения? За одну минуту мы вдыхаем и выды хаем семнадцать-восемнадцать раз. Продолжительность одного дыхания приблизительно три с половиной секун ды. Три с половиной, три с половиной, три с полови ной... За час мы вдыхаем и выдыхаем примерно тысячу раз. Так что мы можем сказать, что за один час чело веческая жизнь начинается и заканчивается тысячу раз. Это подобно пламени масляного светильника на ветру или утренней росе на траве. Мы носим в себе эту нена дежную жизнь и не знаем, в какой миг умрем. В таком положении, разве можем мы легко себя чувствовать? Так что вы должны пробудиться прежде, чем умрете. В то время в Судо Ам я был ответственным по кух- не. Моей обязанностью было обеспечивать монашескую общину продовольствием. И хотя я решил усердно прак тиковать, мне все же приходилось тратить много време ни на хозяйственные заботы. Когда я, в конце концов, завершил эту работу, до церемонии сорок девятого дня оставалось всего восемь дней. Так что я сказал мона хам позаботиться обо всем так, как они сочтут нужным, поскольку мне действительно нужно было созерцать. Я отправился в маленькую хижину позади затвора. Молодой монах приносил мне утреннюю и полуденную еду, пос кольку я намеревался практиковать, не приходя в глав ный затвор. Однако, из-за того, что я был так занят, большая часть сосредоточенности, которую я развил за предшествующую упорную практику, рассеялась. Когда я садился, я часто дремал и практика не шла хорошо. Так продолжалось два дня, и мне осталось всего шесть дней, чтобы пробудиться и ко дню церемонии суметь пе реправить Попчхын-сынима[на тот берег, в нирвану]. При том, что оставалось так мало времени, я не мог продолжать практику все так же вяло. Я решил выпол нять созерцание, "стоя на цыпочках". Итак, сложив ла дони вместе, я созерцал, стоя на носках. При таком способе созерцания сонливость не могла помешать мне, как бывало прежде. Дни и ночи я так стоял. Я садился лишь, чтобы поесть, когда мне приносили еду. В таком стоячем созерцании самое трудное - вытерпеть первые два часа. После этого основные трудности преодолены. Сидите ли вы, лежите или стоите, созерцание продолжа ется, не нарушаясь, как только ум упрочен в сосредо точенности. Соответственно, занимаясь этой практикой, я не чувствовал ни усталости, ни боли в ногах. В день церемонии поминовения, около трех часов пополудни, передо мной предстал Попчхын-сыним. На нем была традиционная соломенная шляпа, он держал дере вянный посох и нес за спиной монашескую котомку. Он сказал: "Я пришел навестить тебя, так как сегодня со рок девятый день". Я лишь продолжал практиковать. Хо тя это был сорок девятый день, я не пошел на церемо нию. Раз я не смог пробудиться, что за польза была идти? Монахи проводили церемонию, но я лишь продолжал созерцание. На седьмой день такого стоячего созерца ния, около девяти часов, часы издали громкий щелчок, прежде чем отбить час. Когда я услышал щелчок, "одна мысль повернулась вспять". По этому случаю я произнес такую гатху:

Один лишь звук - и вот проглочены три тысячи миров. Один приходит этот парень и девять раз кричит мне:' "Ха!" Часы идут и возвещают всеохватное ученье. Куски металла и кусочки древесины есть незапятнанное тело Дхармы.

Это был случай, когда я приложил усилия к своей практике с целью переправить друга [на тот берег]. Такая интенсивная стоячая практика послужила устранению препятствий, вызванных сонливостью и бес покойством. Мое переживание было подобно видению яс ного неба, полностью свободного от облаков. Это мгно вение позволило мне войти в изначальное место пребы вать там. Так я смог совершить очень трудный шаг. Вы можете делать такое непрерывное стоячее созерцание только с мыслью "Неважно, если я умру". Это требует значительно большего, чем просто вялое усилие стер петь такую практику в течение семи дней. Но если вы будете стараться с чувством величайшей настоятельнос ти, тогда пробуждение наступит быстро. Нет никаких определенных правил, говорящих, что вы должны провес ти много десятилетий прежде, чем пробудитесь. Если вы взрастите сильную решимость и будете настойчивы в ве личайшем усердии, практика будет быстро продвигаться. Если вы вкладываете в практику мало усилий и практи куете без всякого чувства настоятельности, пробужде ние потребует неизмеримых веков.


СОВЕТЫ И НАПУТСТВИЯ

Под голубыми облаками
Гнездится белый журавль
На ветке старой сосны.
Радуешься ли ты
Узорам рек и вершин,
Горящих осенним огнем?
Насладимся же вместе
Тончайшим благоуханием
Диких хризантем.

В качестве основы даяния важно взращивать уста новку на всеобъемлющие любовь и доброту. Они не долж ны быть направлены исключительно на людей, но на всех живых существ. Имея такое отношение, мы должны ста раться свободно отдавать все, что у нас есть, без всякого чувства сожаления. Есть три вида даяния. Первое - это даяние пос редством вашего понимания Дхармы. Это означает посвя тить себя служению другим, постигая, ради их блага, пустоту собственного Я и своих желаний. Второе - это раздать свое материальное имущество без всякого сожа ления. Даяние с привязанностью создает заслугу, за пятнанную омрачением. Лишь когда даяние свободно от привязанности, итоговая заслуга безупречна. Нам сле дует учиться отдавать с готовностью, без колебаний, с той же легкостью, с какой мы отдаем холодную воду и грязную швабру (когда моем полы). Третий вид даяния - это отдавать без различения. Если, благодаря своей мудрости и добродетели, вы способны отдать свои тело и ум без различения, то это породит великие любовь и сострадание, в которых не видно будет различий между вами и другими. Есть известная история о Будде, согласно кото- рой, будучи бодхисаттвой в одной из своих прошлых жизней, он пожертвовал свое тело, чтобы накормить го лодающую тигрицу и ее детенышей. А если мы сожалеем, отдав даже несколько долларов, каково же нам будет, если придется отдать самое тело? Однако, нам следует помнить, что, согласно закону кармы, подношение тела, которое нам так дорого, приведет к получению в буду щем тела, намного более совершенного. Более того, ес ли мы сможем отдать его без всякой привязанности к форме, мы, в конце концов, сможем обрести величайшую награду - плод буддовости. Будда смог достичь такого уровня свершений потому, что, накапливая заслуги, он мог отдать не только материальное имущество, но даже собственные ум и тело без всякого сожаления или раз личения.

Сказано, что "сосуд нравственности должен быть так чист, чтобы вода сосредоточенности была настолько ясной, что луна мудрости могла бы ярко в ней отра зиться." Подобным образом, ваше тело можно сравнить с сосудом, который следует наполнить Дхармой. Содержать свое тело в чистоте означает соблюдать нравственные заповеди и обеты. Воображать, что можно преуспеть в практике созерцания, пренебрегая своими обетами, все равно, что думать, что можно наполнить сито водой. Поскольку в сите много дырок, то сколько бы воды вы в него ни вливали, вся она будет сквозь них вытекать. Точно так же всякий, кто пытается со зерцать, не соблюдая заповеди, создает причину того, что его сосуд Дхармы лопнет. Следовательно, лишь при условии соблюдения обетов, ваш сосуд Дхармы останется цел. Когда Бодхидхарма пришел в Китай, люди того вре мени думали, что практика буддизма включает только соблюдение нравственности и изучение сутр. По этой причине Бодхидхарма сказал: "Практиковать только нравственность - значит быть околдованным небожителя ми. Проводить свое время только за чтением сутр - значит пребывать вне истинного Пути. Просто повторять имя Будды - значит подпасть под влияние Мары." Хотя простое соблюдение нравственности и повторение имени Амитабхи могут привести к перерождению в небесном ми ре, это не те практики, что способны освободить вас от рождения и смерти. И хотя изучение сутр является буддийской практикой, это лишь вторичная колесница, а не первичная. Первичная колесница - это искать ум и пробудиться к нему. По этой причине Бодхидхарма отмел простое соблюдение заповедей и изучение слов и букв и сделал упор на практике созерцания. Его учение явля ется одним из тех, что "указывают прямо на ум; и, прозревая свою изначальную природу, становишься Буд дой". Тем не менее, одним из последствий практики со зерцания является то, что вы естественным путем при ходите к соблюдению заповедей нравственной дисципли ны. Почему так? Давайте вспомним пять первых основных заповедей: отказ от убийства, воровства, распутства, лжи и самоопьянения. Разве возможно, чтобы ваша прак тика хорошо продвигалась, когда вы вовлечены в любое из этих пяти действий? Поэтому, стараясь пестовать свой ум, вы вполне естественно придете к соблюдению заповедей. Поэтому не только соблюдение нравственных запо ведей обеспечивает прочную основу для созерцания, но и созерцание, в свою очередь, укрепляет вашу практику нравственности. Эти два - нравственная дисциплина и созерцание - следует развивать совместно, так, чтобы они взаимно друг-другу способствовали. Они подобны двум крыльям птицы. Если одного недостает, птица не может летать. В начале вашей практики исключительно важно соб людать заповеди в то время, как вы усердствуете во взращивании сосредоточенности и мудрости. Лишь когда практика доведена до завершения, возникают такие сос тояния, как "не-практикование" и "не-осуществление". На этих ступенях вся вселенная видится как чистое те ло Будды Вайрочаны. В такое время, поскольку рождение и смерть пришли к концу, все разговоры о соблюдении или несоблюдении заповедей также прекращаются. Одна ко, лишь бодхисаттвы, превзошедшие седьмую и восьмую ступени, достигают этой свободы ума и уже могут не уделять заповедям особое внимание. Ради блага других они могут вести себя, как обычные живые существа. О них вполне можно сказать, что они уже являются будда ми. Но было бы великой ошибкой для таких людей, как мы, совершать действия или делать заявления, которые не соответствуют нашим действительным возможностям. Для обычного живого существа заявлять, что оно явля ется Буддой, и пытаться действовать соответствующим образом все равно, что нищему провозглашать себя пре зидентом государства. Разве кто-нибудь в это поверит?

Практика терпения является одним из средств про будиться к своей истинной природе. Она помогает взра щивать благие деяния и дает вам возможность накопить заслугу, необходимую для достижения буддовости и спа сения всех живых существ. Начало духовного воспитания подобно терпеливым попыткам укротить быка. Дикого необузданного быка не обходимо заарканить и выпасти, пока он не будет усми рен. Точно так же, вступив на путь созерцания хваду, мы должны начать с того, что будем терпеливо сносить всяческие трудности. Лишь продолжая усердно практико вать таким образом, мы, в конце концов, пробудимся. Поэтому терпение, которое означает сносить все, что трудно и неприятно, в точности является путем пробуж дения к нашей истинной природе. Поскольку легко пре даваться недобродетельным действиям, но трудно посвя тить себя тому, что добродетельно, терпеливое отноше ние к трудностям также является важной стороной взра щивания благих деяний. Более того, лишь пробудившись к уму, мы воистину способны направлять других. Таким образом, плод буддовости и спасение всех живых су ществ достигаются опосредованно через заслугу, порож денную терпением. Вдобавок, совершенство терпения включает также воздержание от споров, отсутствие самообмана и непро ведение различений. Таким образом, терпение является орудием преодоления неведения. Наша воля должна упро читься так же крепко, как великая гора. Великая гора непоколебима. Точно так же наша воля не должна коле баться, с какими бы трудностями мы не сталкивались. Океан объемлет и принимает в себя все. Точно так же наш ум должен уметь принять любые обстоятельства с безграничным терпением. Когда страдаешь от голода и холода, зачастую возникает решимость практиковать созерцание. Но раз даже животные могут радоваться таким вещам, как пол ный желудок и тепло, вряд ли это можно полагать высо чайшим счастьем человеческой жизни. Лишь когда люди всецело заняты исполнением своих человеческих обяза тельств, могут они испытать истинное счастье.

Вы не должны позволять себе лениться в практике даяния, нравственности и терпения. Все, что достойно и ценно, вы должны усердно исполнять и прилагать ве ликие усилия, дабы привести это к завершению. Но вы не должны выставлять свои добродетели напоказ. Вместо того, вы должны исполнять их скрытно, втайне от дру гих. Конфуцианство говорит: "Взращивайте добродетель, словно вор." Это означает, что вы должны быть так же неприметны в своих действиях, как если бы пытались что-то украсть. Действовать втайне здесь означает, что вас не должно заботить, увидят ли другие, как вы что-то делаете. Просто продолжайте действовать и пос тупайте, как будто все это в порядке вещей. Те, кто действует добродетельно, когда это видят другие, но поступают противоположным образом, когда никого нет, просто лицемеры. Был когда-то человек, который тратил свое время на попытки вычерпать из океана всю воду с целью найти потерянную драгоценность. Каждый день в течение мно гих лет он приходил на берег моря и начинал усердно вычерпывать воду. Однажды бог океана спросил его, что он делает. Тот ответил, что намерен опустошить океан, дабы найти свое утраченное сокровище. Бог насмешливо сказал ему, что, поскольку океан имеет сорок тысяч ли (20 000 км.) в окружности, он никогда не преуспеет в своей работе. Тогда человек объяснил богу, что, пусть океан столь велик, он все равно имеет предел. И хотя он может не опустошить его за эту жизнь, поскольку число будущих жизней бесконечно, он сможет продолжить вычерпывать воду в последующих перерождениях, пока не выполнит свою задачу. И, в конце концов, он обяза тельно найдет свое сокровище. Бог океана поразмыслил над этим и пришел к выводу, что этот простодушный че ловек не только преуспеет в том, чтобы найти свою драгоценность, но и уничтожит сам океан, тем самым оставив его, бога, бездомным. Дабы это предотвратить, он самолично создал драгоценность и вручил ее челове ку. Человеком в этом рассказе был, на самом деле, Будда в одной из своих предшествующих жизней бодхи саттвы. Поиск драгоценности является аллегорией поис ка ума. Эта легенда показывает, какое усилие нам не обходимо приложить в практике созерцания. Если мы объединим подобную решимость с непорочной простотой, мы можем быть уверены в том, что преуспеем в своих исканиях.

Итогом покоя ума всегда будет умиротворенность. Однако, истинная умиротворенность достигается лишь по пробуждении к уму. Мы не можем считать, что высочай шие ценности человечества воплощены в материальных вещах. Высочайшая ценность человека может быть осу ществлена лишь через пробуждение к уму. Таким обра зом, мы должны посвятить себя поиску духовного мира путем пробуждения к высшей истине, лежащей в основе всех явлений. Невозможно наполнить чистой водой разбитый и не чистый сосуд. Но когда вода успокоится в чистом и це лом сосуде, луна может ясно в ней отразиться. Подоб ным образом, чем спокойнее и чище становится ум, тем более ярким будет свет мудрости, рожденной от изна чальной природы. В конце концов, когда заблуждения и прочие пятна будут устранены, мы пробудимся к непоко лебимому уму. Как только будет достигнуто владычество над на шей судьбой внутри рождений и смертей, мы обретем окончательное удовлетворение. Мы поймем свою роль в мире и не будем более подвержены беспокоящему влиянию восьми ветров. Достижение владычества над нашей судь бой внутри рождений и смертей означает, что всегда и везде наш ум пребывает в покое. И, не склоняясь более перед превратностями рождений и смертей, мы постигаем вечную жизнь. Понимание своей роли в мире означает распознать буддовость как свою цель и начать двигать ся к ее осуществлению. Поскольку нет более высокой цели, нежели пробуждение, лишь пробудившись, мы поз наем истинное удовлетворение. Получение и утрата, слава и позор, хвала и хула, приятное и неприятное вот восемь ветров, которые порождают в этом мире неу тихающие волны неудовлетворенности. Врата наших чувств должны быть закрыты так же плотно, как ворота крепости. Сознание постоянно вхо дит и выходит через эти шесть врат. Поэтому те, кто пестует ум, должны надежно оберегать свое сознание во вратах крепости. Таким образом, шесть воров (объекты чувств) не смогут нас отвлечь. Лишь так мы сможем об рести покой ума.

Мудрость не является чем-то, что можно некоторым образом заполучить. Она просто является тем, что зна ет, как есть, когда мы голодны, как спать, когда ус тали, и как пользоваться веером, когда нам жарко. Мудрость есть то, что превращает сосуд в чашку, когда он наполнен чаем, в соусник, когда он наполнен соусом, в чашу для риса, когда он наполнен рисом, и в горшок с целебным снадобьем, когда он наполнен ле карством. Нет установленных правил для того, как действует эта мудрость. Она является просто тем, что знает, как пользоваться вещами сообразно обстоятель ствам. Знаете ли вы, откуда берется свет ума? Наблюдали ли вы когда-нибудь его сияние? Пробужденный способен непосредственно видеть его, вы, тем не менее, пользу етесь им прямо здесь и сейчас. Тот свет, которым си яет ум, и есть то, что способно видеть образы и слы шать звуки. Если бы его не было, мы не могли бы ни видеть, ни слышать. С помощью мудрости мы должны тщательно рассу дить, что в нашей жизни полезно, а что вредно. Мы должны стараться действовать так, чтобы ум всегда ос тавался чистым, ярким и беспрепятственным. Мы должны вести себя с чувством твердой убежденности в правоте того, что делаем. Практиковать такую мудрость - зна чит обладать мечом, который отсекает три яда привя занности, гнева и неведения. Это и есть само совер шенство мудрости.

В добавление к упомянутым выше шести совершенс твам, мы должны воплотить на практике "четыре направ ляющие дхармы" как способ служения другим посредством всех наших благих деяний. В целом, это включает восх валение добродетельных деяний других, развитие вели кого сострадания и помощь тем, кто в беде и нес- частье. Первая из четырех направляющих дхарм - это дая ние. Оно включает не только материальную поддержку, но также и духовную помощь тем, кто в нужде. Помимо принесения пользы другим, такое даяние, согласно кар мическому закону причины и следствия, приведет также к тому, что мы сами получим помощь, когда в ней будем нуждаться. Вторая направляющая дхарма - это добродетельная речь. Это означает, что мы должны стараться направ лять других добрыми и мягкими словами. Добродетельная речь - это практика любви и доброты во всем, что мы говорим. Третья направляющая дхарма - это благодеяние. Оно включает помощь другим всеми возможными способами посредством наших телесных и умственных действий. Хо тя может казаться, что благодеяния приносят непос редственную пользу лишь другим, они, в действитель ности, предвосхищают блага, которые вернутся к нам. Четвертая направляющая дхарма - это сотрудни- чество. Оно означает направлять других, трудясь вмес те с ними. Это требует учета всех особенностей чужого нрава, вплоть до временного приспосабливания своего собственного поведения с целью вдохновить веру в дру гом человеке.

Древние наставники говорили: "Вес подношения од ного-единственного зерна риса, совершенного с почте нием, превосходит подношение горы Сумеру". Если мы неспособны постичь Путь сейчас, живя в монастыре, поедая рис и нося одежду, нам преподнесен ные, то в следующей жизни нам придется носить шкуру быка и отращивать рога, чтобы расплатиться с долгами, которые мы накопили. Есть некоторые монахи, которых, кажется, не заботит имущество монастыря, а потому они им злоупотребляют. Но такими злоупотреблениями они лишь создают себе долги. Никто другой не сможет расп латиться за них с этими долгами. Древние уподобляли подобных монахов "людям, которые изнашивают собствен ный точильный камень, затачивая чужие ножи". Такие люди могут верить, что они позволяют дру гим обрести огромные заслуги. Но требовать от мирян, а также от тех других монахов, которые обеспечивают храм едой и уходом, чтобы те создавали какую-то зас лугу, давая им то, чего им хочется, или заменяя то, чем они злоупотребили,- это лишь способ влезть в дальнейшие долги. Вы должны помнить, что не существу ет ничего, даже кончика волоска, что можно было бы заполучить бесплатно. Все, что вы получаете от дру гих, впутывает вас в долги. И оплачивать их - ваша личная ответственность. Следовательно, чтобы облегчить ношу своих дол- гов, вы должны бережливо использовать те подношения, которые получаете. Такая бережливость будет вам во благо. По этому поводу древние говорили: "Если вы не можете пробудиться в течение этой жизни, в следующей вы не сможете переварить и каплю воды". Пища, которую вы едите, одежда, которую носите, и даже электричество, которое вы потребляете, - все это даровано вам. Даже сама земля, по которой вы хо дите, предоставлена благодетелями. Даже выпить од- ну-единственную каплю воды - значит получить подаяние от тех, кто даровал землю. И ваше тело тоже не явля ется действительно вашим. Оно было даровано вам доб ротой ваших родителей. Таким образом, жить как монах - это жить всецело на подаяния, дарованные вам вашими благодетелями.

Птица, летающая повсюду, подвергается большой опасности рано или поздно угодить в силки. Для сво бодно рыскающего зверя всегда есть опасность быть убитым стрелой. Если вы намерены разрешить великое дело рождений и смертей и стать человеком Пути, то должны быть так же опасливы и осторожны, как если бы шли по тонкому льду. Все двадцать четыре часа в сутки, во всех четы рех положениях (при ходьбе, стоя, сидя или лежа), вы должны укреплять твердую решимость, непоколебимую, как гора. Ваш ум должен быть так же спокоен и всеобъ емлющ, как океан. Принимайте свои трудности с величи ем; прилежно практикуйте с отречением - и тогда вы, в конце концов, пробудитесь.

Когда вы идете куда-то темной ночью, очень труд но ясно видеть дорогу перед собой. Вы не знаете, бу дут ли на пути горы, глубокие пропасти, трясины, ко лючие заросли или каменистые земли. Раз за разом вы можете сталкиваться с каждой из этих труднопроходимых преград и преодолевать их. Но если вы не останавливаетесь и продолжаете осторожно идти в ночи, в конце концов, неясный свет рассвета забрезжит на востоке и постепенно разгорится. С вос ходом солнца, дорога перед вами будет становиться все яснее и яснее и станет легче преодолевать трудные от резки пути. Примерно так же, и когда практикуешь со зерцание. С какими бы трудностями вы ни сталкивались вначале, нужно учиться преодолевать их все. Озабочены ли вы блуждающими мыслями, одолеваемы ли сонливостью или терзаемы болями в ногах и спине, вы никогда не должны позволять всему этому отвлекать вас от созер цания. Если вы непрестанно усердствуете, внезапно ва ша крепкая хватка за хваду предстанет перед вами как обширный и безграничный путь. Будучи способны отчет ливо видеть путь, вы должны принять твердое решение быстро продвигаться. Теперь, прочно удерживая хваду, вы можете доверить своему уму быть таким, каков он есть. В надлежащее время ваша изначальная природа воссияет столь же ярко, как восходящее солнце. Созерцая хваду, вы должны быть такими же усерд ными, как тот, кто пытается потушить огонь, горящий на его голове; как жаждущий в поисках воды; как мла денец, думающий о материнской груди; как старик, ко торого волнует вымирание его рода; или как кот, наме ревающийся поймать мышь.

Насколько велико чувство вашего отчаяния, когда вы не можете отыскать безопасное прибежище и стоите на перепутье в полной растерянности, не зная, куда идти? Знай мы, что неисчерпаемая сокровищница находит ся поблизости, разве не отбросили бы мы страдание внутренней нищеты и не отправились бы туда? Как можно радоваться, оставаясь на опасных путях в огромной пустыне сансары? Тяготы и горести не являются изна чальным уделом человека. Так давайте же немедля отб росим их прочь!

У каждого есть родина. А вы уже достигли ее? Если нет, то этот мир предстает перед вами доро гой, не имеющей конца. Как вы вообще можете наслаж даться таким миром? Если вы желаете достичь своей ро дины, вы должны быть столь крепки, что могли бы осме литься выдернуть брови у тигра; ваш дух должен быть столь силен, что вы могли бы рискнуть схватить проле тающего дракона за бороду. Лишь тогда вы сможете ее достичь.

В саду обители Сон-гван есть мертвое можжевело вое дерево. Оно было посажено там примерно восемьсот лет назад корейским государственным наставником Почжо (имя, которое наставник Чинуль получил после смерти - прим.ред.). Перед ним есть надпись, которая гласит: "Если живу я, живешь ты; если я умираю, ты умираешь." Это было истолковано так, что, если к жизни вер нется наставник Почжо, то оживет и это мертвое можже веловое дерево. Но на самом деле эта надпись означа ет, что, как только вы постигаете свою истинную при роду и превосходите тем самым рождение и смерть, од новременно все во вселенной также превосходит рожде ние и смерть. Точно так же, пока вы пребываете в ом рачении, субъект и объект кажутся отдельными друг от друга. Но, как только вы пробуждаетесь, вы превосхо дите двойственность субъекта и объекта и становитесь, тем самым, освободившимся святым мудрецом.

Бывает, что блуждающие мысли непрестанно появля ются и исчезают, хваду затемнено сонливостью и рассе янностью, а сила омрачений кажется большей, чем обыч но. В такие трудные времена вы можете усомниться, удастся ли вам вообще когда-либо продвинуться в своей практике. На протяжение безначальных веков мы были мучимы подобными препятствиями. И способ справиться с ними это практиковать следующие три неспособности: слепота (имея глаза, не знать, как видеть), глухота (имея уши, не знать, как слышать), немота (имея язык, не знать, как говорить). Быть таким образом слепым, глухим и немым озна чает, что, с какими бы обстоятельствами вы ни столк нулись, с хорошими или плохими, вы остаетесь подобны ми дереву или камню. Таким образом, удерживая свои мысли в простоте, ваш ум останется беспрепятственным. Даже сталкиваясь с тысячами и десятками тысяч различ ных обстоятельств, вы должны быть такими же спокойны ми, как остывшая зола или бесплодное дерево. В таком случае никакие препятствия не преградят вам путь. В любых обстоятельствах старайтесь быть подобными хо лодной воде. Тогда вы не будете подвержены эмоцио нальным реакциям. Если при любых обстоятельствах вы сможете оста ваться отстраненными, хваду, схваченное утром, оста нется с вами весь день и вплоть до следующего утра. Пусть пройдут даже десять тысяч лет, оно останется нерушимым и непоколебимым. Так вы станете человеком, утратившим свою полезность. Для такого человека "зад" и "перед", "до" и "после" более не существуют. Так, без мыслей о движении вспять или вперед, хваду оста ется ясным и незамутненным. В это время, даже если вы не ухватываете хваду, оно возникает само по себе. Да же если вы не вопрошаете намеренно, вопрошание будет присутствовать.

Когда обычный человек начинает заниматься созер цанием, ему может казаться, что есть нечто, что нужно практиковать, и нечто, что нужно постигать. Но, испытав великое пробуждение, он поймет, что, в действительности, нечего практиковать и нечего пос тигать. Это так потому, что нет ничего, что могло бы препятствовать истинной природе. У достигшего мудреца ее не больше, а у обычного человека ее не меньше. Разница заключается в том, что мудрец пробудился к своей истинной природе, тогда как обычный человек ос тается в неведении относительно нее.

Гляди! Будды и патриархи десяти направлений сто ят на кончике посоха горного монаха. Они строят огромные монастыри и поворачивают ве ликое колесо Дхармы. На разные голоса они провозгла шают, что каждое живое существо изначально наделено мудростью и отличиями Татхагаты. Если вы наделены оком Дхармы, скажите что-нибудь! Что это такое?

В Аватамсаке-сутре утверждается: "Желающий пос тичь состояние буддовости должен очищать свой ум, по ка тот не уподобился пустому пространству". Что это значит: "очищать ум, пока тот не уподо бился пустому пространству"? Это значит достигнуть той точки, где он (ум) более не запятнан омрачениями. Ум подобен пустому пространству. В зависимости от ме няющихся обстоятельств, пространство может быть на полнено облаками, в нем может дуть ветер, могут идти снег и дождь, светить солнце или луна, или же оно мо жет быть окутано тьмой. Однако, ничто из этого не мо жет воистину воспрепятствовать природе самого прост ранства. Во время ливня оно не промокает. Ни облака, ни ветер, ни лунный свет, ни тьма не могут повлиять на то, каково оно. Ничто и никогда не может помешать ему или воспрепятствовать. Ум действительно напоминает пустое пространство, когда он очищен от омраченного мышления. В это время все мысли о хорошем или плохом, правильном или непра вильном, этом или том исчезают из ума. Даже понятия Чистой Земли или сансары, будды или живого существа полностью пропадают. Но что необходимо сделать, чтобы исчезли все эти понятия? Прежде всего, вы должны искать ум посредством созерцания. Если вы приложите большие усилия, корень вопрошания упрочится в уме. Когда это вопрошание очень устойчиво, тогда, в один миг, все растворяется и исчезает. В это время вы постигнете, что вселенная, которую вы ранее воображали существующей, на самом деле не существует. Хотя я мог бы сказать вам, что вселенная в действительности не существует, вам было бы очень трудно в это поверить. Представляясь сущест вующей, на самом деле она не существует. Лишь пробу дившись, вы постигнете, что это так. Это не есть неч то, что вы можете понять посредством слов и знаков. Ибо такова тайна будд и патриархов: "Хотя вселенная и кажется настоящей, на самом деле это не так".

Когда практикуешь созерцание, бывают времена, когда оно движется хорошо, и времена, когда оно дви жется плохо. Иногда оно идет так же гладко, как лодка по льду. Но тогда вы не должны позволять возникать мыслям радости. Действуя так, вы не будете захвачены марой (демона) радости. В другое время практиковать его так же тяжело, как запихивать быка в колодец. Но тогда нет никакой нужды позволять возникать мыслям печали и поражения. Потому что тогда вы станете узни ками мары печали и поражения. В иной раз вы можете страдать от головных болей, помутнения взора или от ощущения, будто бы у вас вы падают зубы. Иногда, когда вы идете, вам может ка заться, будто бы в спокойный день дует ветер или тря сется земля, когда, на самом деле, этого нет. В такое время не поддавайтесь чувству страха или беспокойс- тва. Не утрачивайте свою хватку за хваду. Такие явле ния - всего лишь временные состояния ума, порожденные напряженностью в теле. Вы никогда ничего не достигне те, если в таких случаях будете прекращать созерцание хваду. Иногда жизненная энергия тела поднимается к го лове и рождает напряжение. Когда такое происходит, вы должны удерживать свою волю прочной, как гора, а свой ум спокойным, как океан. Сядьте прямо на своей подуш ке и мягко сосредоточьте чувство вопрошания в точке на три пальца ниже пупка. Таким образом хваду сможет быстро созреть. Постепенно тело станет ощущаться по добным пустому пространству. Оно будет казаться од новременно существующим и несуществующим. Когда ум и тело станут очень легкими и удобными, вы постепенно сможете войти в высшие состояния созерцания.

Если вы желаете пробудиться к истинной природе, вы не должны искать ее вне пределов самих себя. Почему так? Потому что, если вы ищете истинную природу вовне, вы преуспеете лишь в отдалении себя от нее. Вы уподобитесь тому, кто, собираясь пойти на восток, в конце концов, отправился на запад. По этому поводу древний наставник сказал: "Если вы бросите комком земли в льва, лев нападет на вас. Но если вы бросите им в собаку, собака бросится на него."

Те, кто не пробудился к уму, живут порабощенные обстоятельствами. Они видят сны не только, когда спят; но даже когда глаза их открыты, они живут во сне. Это воистину прискорбное положение дел. Все, что мы делаем, оставаясь в неведении относительно своей истинной природы, подобно поступкам слепого, который бесцельно бредет с востока на запад, из прошлого в настоящее. Всякий раз, когда мы делаем шаг вперед или двигаем руками, наши действия неблаги. Всякий раз, когда мы позволяем возникнуть мысли, наше мышление становится омраченным.

В наши дни есть люди, которые считают, что живые существа в эти времена упадка не способны совершенс твоваться посредством созерцания. Они полагают, что невозможно постичь свою изначальную природу и обрести буддовость. Поэтому такие люди придерживаются мнения, что следует просто повторять имя Будды или изучать сутры в надежде переродиться в Чистой Земле. Однако, это глупая практика, поскольку, вместо поиска Будды в себе, они непрестанно ищут его где-то еще. Но если бы они искали свой собственный ум и пробудились к нему, они бы осознали, что сами по природе своей являются буддами. По пробуждении к уму, они немедленно обретут соблюдение заповедей, понимание сутр и присутствие Чистой Земли. Когда пробуждаешься, этот мир становит ся Чистой Землей. Нет никакой Чистой Земли где-то еще. Поэтому самой действенной и верной практикой бу дет пробудиться к уму.

Природа всей вселенной - это ваш собственный ум. Все явления умом созданы и из ума возникают. Так где же создатель вселенной? Никто иной, как ваш ум,- вот кто создатель вселенной. Никто другой не создал ее для вас; так что эта вселенная - ваша собственная вселенная. Это правда, независимо от того, пробуждены вы или нет. О вселен ной можно строить утверждения или отрицания лишь по тому, что мы есть здесь и сейчас. Если бы мы отсутс твовали, не было бы никого, кто мог бы делать подоб ные утверждения или отрицания. Раз это мы создали вселенную, как тогда можно говорить, что мы откуда-то пришли и отправимся куда-то еще? В действительности нет таких приходов или уходов. Следовательно, бесс- мысленно говорить об "уходе" в Чистую Землю. Ибо как может Чистая Земля существовать где-то еще, когда на самом деле она сокрыта в нашем собственном уме? Пото му будет великой ошибкой игнорировать ум и, вместо этого, повторять имя Будды Амитабхи, веря, что это приведет вас в далекий мир, созданный силой сорока восьми обетов этого Будды.

Есть знаменитое изречение, которое гласит: "Трудно тому, кто умен и сведущ в мирской мудрости, обрести Дхарму Будды". Это проблема для многих людей, практикующих дзэн в наши дни. Такие люди пытаются прийти к пониманию лишь посредством концептуального мышления. Они наста ивают, что действительность соответствует тому, что они о ней думают. Однако, подобная мирская мудрость лишь заслоняет истину. Путем схематизирования и рас- суждения, она лишь дает рост заурядной умности. Буду чи неспособным освободить себя от такого мышления, исключительно трудно обрести истинную Дхарму Будды. По этой причине те, кто практикует лишь рассудочный дзэн, не способны ни на какое продвижение. Даже сидя в созерцании, они все равно обременены всеми своими концепциями. Они проецируют все свои умные идеи перед собой и преуспевают лишь в том, чтобы препятствовать самим себе. Вы должны враз отбросить все концепции! Лишь тогда сможете вы гладко войти в свою практику и продвинуться в ней. Так же как облака в небе затемня ют сияние солнца, так и понятия не позволяют воссиять ясному свету вашей изначальной природы.

Чем более омрачен ваш ум, тем труднее вам будет практиковать. Поэтому важнее всего - найти мудрого учителя, чтобы он вас направлял. Одной из основных причин того, чтобы полагаться на такого учителя, яв ляется задача преодоления гордыни. Гордыня саморазрушительна, поскольку заставляет вас думать, что вы что-то понимаете, тогда как, на самом деле, это не так. Поэтому вы никогда не просите совета у других и просто позволяете всему оставаться, как и было. Вдобавок, чтобы внимать словам мудрых учителей, необходимо воспитывать в себе почтительное отношение. Вы должны уважать не только своих учите лей, но и самих себя. Это достигается через поиски своего истинного жизненного пути. Однако, если вы считаете, что жизнь, которую вы ведете в настоящее время, вполне самодостаточна, и отказываетесь приз нать любую иную возможность, вы лишь продолжаете взращивать гордыню.

Не существует дверей или врат, за которыми отк рывается великий Путь. Вы не можете ни войти в него, ни покинуть. Во всем мире дхарм, неисчислимом, как пески Ганга, нет ни единой вещи, которая не была бы им пронизана. Это также называют "тайной сокровищни цей Татхагаты". В высочайшей истине нет никакого движения. Во всех мирах десяти направлений каждое отдельное явле ние пронизано всеми явлениями. Потому эта истина так же называется "океаном мудрости". Сияние сокровенного начала, которым наделены все существа, исключительно ярко. Поднимаешь ли руки, двигаешь ли ногами, одеваешься или ешь - в каждом действии оно ясно и отчетливо. Сокровенное действие не знает пределов. Высота гор, обширность океана, цветение цветов, пение птиц, свойство каждой вещи быть короткой или длинной - нет ничего, что не было бы истинной природой. По пробуждении к своей истинной природе, вы зо ветесь буддой, забыв свою истинную природу, вы назы ваетесь живым существом. Человеческая жизнь очень ко ротка. Она не может продолжаться долго. Кого винить, если вы живете без цели и умираете в печали?

Путь - в самой сансаре. Вималакирти как-то сказал, что вы должны практи ковать в самом средоточии рождений и смертей (санса ры). И в то время, как ваша практика развивается и вы обретаете небольшое прозрение, не говорите о внезап ном или постепенном подходах. Помните, что на гору Чоге можно смотреть как с юга, так и севера.

В Пути нет ничего особенного. Над головой вы не сете голубые небеса. Ногами ступаете по великой зем ле. И все же вы утомляете ноги долгим сидением! Путь (Дао) означает то, что истина пронизывает все: от великого первопринципа вселенной до каждого из множества его проявлений. Так беспорочный Путь ра вен беспорочной Истине, то есть, неизменной и непоко лебимой Истине, у которой нет никаких пороков или изъянов. Это, в свою очередь, относится к тому, что, когда прекратится омраченное мышление, тогда явится Истина, воссияет Путь и прояснится изначальная приро да. Все это лишь слова, сплетающиеся в единую нить.

Хотя ясный и спокойный свет ума может ярко си ять, ни в коем случае не позволяйте появляться рас суждениям или мнениям, как то: "Я знаю" или "я про- бужден". Лелея такие мнения, не проникнув в хваду или не пробудившись к истинной природе, вы станете узни ком "дворца омрачений". В это время вы должны продолжать взращивать ве ликую отвагу. Поскольку поток тонких омрачений еще не исчерпан, вам все еще необходимо усердно вопрошать хваду. И пока поток омраченных мыслей не исчерпан, вы должны становиться все ревностнее. Словно мышь, про рывающая себе путь через коровий рог, вы должны неп рестанно и неустанно продвигаться вперед. Внезапно произойдет стыковка подобно тому, как верхний и ниж ний мельничные жернова сходятся в точнейшем соответс твии. Тогда пресекутся пути слов и разговоров. Сло весная деятельность ума прекратится. Без малейшего сомнения, расписной горшок неведения разлетится вдре безги. Раскроется ваше природное истинное лицо. Вы сможете осадить и победить древних наставников. Вас не обманут более языки духовных учителей этого мира. Единым взглядом вы ясно увидите всех будд и патриар хов. Вы в тот же миг поймете все восемьдесят четыре тысячи буддийских учений.

Монастыри и места затворничества очищают челове ка. Они подобны печам, которые очищают обычного чело века, превращая его в святого мудреца. Поскольку зо лото так высоко ценится в мире, люди не жалеют средс тв в своей погоне за ним. Сперва они добывают руду, а затем плавят ее в печи. Только так могут они, в конце концов, извлечь чистое золото из прочих составляющих. Точно так же природа будды присуща каждому из нас. Но без прохождения Пути мы никогда не сможем раскрыть нашу истинную природу и, тем самым, преобразить себя из обычного человека в святого мудреца.

Когда раскаты львиного рыка звучат среди гор и рек, оборотни-лисы и призраки утрачивают храбрость и убираются восвояси. Когда дракон заставляет дождь увлажнить землю, это приносит благо и живому, и неживому. Совершенно беспрепятственно и свободно птицы порхают в небе: они взмывают вверх, они спускаются, летят на запад, летят на восток. Сохраняя ум в недеянии, недюжинный человек взращивает великое сострадание и принимается за спа сение всех существ.

Все живые существа плывут в лодке, пересекающей океан. Человек един с лодкой. Океан един с сушей. Все, что вы видите, - в непрестанном действии и движении. Но существует лишь одна-единственная вещь - величест венная и, все же, совершенно естественная. Все поко ится в ее объятиях. Вас часто захватывают суетливые толпы. Но видите ли вы, хоть когда-нибудь, это недви жимое Одно? Поняв его, вы обретете царство свободы. Четыре великих первоначала отъединяются друг от друга. Расходятся прочь глаз и то, что он видит. Зна ете ли вы, куда они направляются? Раскрыв место их назначения, вы прибудете в украшенный драгоценными камнями дворец. Есть ли в вашем доме хоть что-то из этих сокровищ? Лишь когда вы сможете пнуть и перевернуть землю, когда сможете потрогать солнце руками, это будет зна чить, что вы добрались.

Давным-давно, дзэнский монах Гао Тинцзянь из Чжанчжоу как-то увидал на другом берегу реки настав ника Дэшаня (780-865. Китайский мастер дзэн, извест ный своим грубым стилем обучения.- прим.ред.). При ветствуя его издали, он сложил ладони, поклонился и сказал: "Разве вы еще не постигли себя?" Дэшань просто обмахнулся веером, который держал в руке. И тогда Гао Тинцзянь внезапно пробудился. Он убежал с речного берега, даже не оборачиваясь. Другой монах Фа Цзяньи, сделал следующее замеча ние относительно этого случая: "Как удивительно! Та кого выдающегося добродетельного практика созерцания, как он, очень трудно встретить. Дубинка старины Дэша ня всегда была при деле. Он словно звезды рассыпал. Его удары определенно дали нескольких хороших мона хов". Теперь позвольте мне добавить несколько слов. В прошлом - Дэшань обмахивался своим веером. Теперь я поднимаю свою мухобойку. Эти два действия - одно и то же или различны? Если скажете, что это одно и то же, значит облака покрывают ясное небо. А если скажете, что они различны, значит ветер прошелся по поверхнос ти воды. Пусть выскажется тот, кто наделен Оком Дхар мы!

Будда - это ум, а ум - это Будда. Помимо ума нет Будды, и помимо Будды нет ума. Так зачем же искать Будду отдельно от ума? Будды прошлого уже ушли, а будды будущего еще не явились. Так где же найдете вы будду настоящего? Просто найди те свой собственный ум. Тогда истинный Будда настоя щего явится в мир. Тогда вы пройдетесь рука об руку со всеми буддами трех времен. Не будет места, которое не было бы местом пробуждения, и не будет времени, когда бы вы не смогли насладиться счастьем нирваны.

Пробужденный подобен белому облачку над зелеными горами. Он не скован ничем. Потому в его действиях нет ни правильного, ни ложного. В согласии с кармическими обстоятельствами, он движется, словно синий поток в глубокие долины, свободно протекая через изгибы и прямины. Он подобен пустому челну, который сносит од ним лишь подъемом и спадом волн. Он подобен белой чайке на утесе, которая ест, когда голодна,а когда солнце садится, забирается в тростники, где покоится в полной свободе. Я спрашиваю вас, люди мира: кто об ладает такой мудростью?

Глаза пробужденного, постигшего свою вечно неиз- менную истинную природу, непосредственно зрят великую истину вселенной. Такой человек превосходит прошлое, настоящее и будущее. Он превосходит и пространство, и время. Ему не препятствуют ни бытие, ни небытие. Вот что имеется в виду под освобождением. Словно зеркало, отражающее все, что есть, он видит все явления своей великой зерцалоподобной мудростью. Он свободен от всех омра чений и привязанностей - словно дождь, мягко падающий в синее море. Сохраняя ум недеяния, он проследовал за потоком и добрался до чуда. Теперь он обширен, бесп ределен и беспрепятственен. Зависимое возникновение пришло для него к концу. Рождение и смерть его более не заботят. Он постигает, что все существа есть Будда Вайрочана и что повсюду находится Чистая Земля цветов лотоса. Для него нет ничего, что не было бы священ ным. Его воистину можно назвать тем, кто превзошел все сущее.

Ни живое, ни неживое никогда не отделимы от ис тинной природы. Потому эта природа описывается как просто "тако вая". И поскольку ее нельзя ни уменьшить, ни увели чить, у святого ее не в избытке, а у обычного челове ка не в недостатке. Эта истинная природа пронизывает всю целостность пространства. Достоинство видения ее в том, что мир внешних объектов одновременно очищает ся. Равно, как очищается этим видением зрительная способность, так же одновременно очищаются и осталь ные пять чувств. Точно так же очищаются и все шесть областей объектов чувств. Таким образом весь мир ста новится Чистой Землей.

Лишь Одно остается духовно живым; Его замечательные действия многообразны. Нет изначально ни рождений, ни смерти; Но взаправду ли вы понимаете это? Отбросив все шесть чувств и их объекты, Его сущность предстает во всей своей полноте. Вся земля с ее горами и реками становится родным домом.

Кто сможет отправиться в царство тьмы, Унося с собой золото и серебро? Вы сможете предстать перед Владыкой Смерти Лишь со своими добрыми и злыми делами.

Согласно обстоятельствам, Ваша истинная природа возвращается домой. Но как могут ваши побелевшие кости Когда-либо добраться до Чистой Земли? Ради Дхармы, забудьте о теле И ступите на путь пробуждения! Точно так же, как и все будды, Достигнув другого берега, Вы найдете свою изначальную родину.

Поскольку ваша истинная природа всегда присутствует, Она воистину - Великий Путь. Поскольку ваш духовный свет сияет повсюду, Он воистину владыка всего бытия.

(поэма с церемонии поминовения)


ДЕСЯТЬ РИСУНКОВ ОБ УКРОЩЕНИИ БЫКА

Так превзойдены рождение и смерть! Голубые горы пересекают реки, Словно паруса на ветру. Цветы расцветают на белой скале: Весна выходит за пределы вселенной.


I. ВЫХОДИШЬ ИЗ ДОМУ В ПОИСКАХ БЫКА

Высокие горы, глубокие воды и густые заросли травы - Сколько ни старайся, пути не видать! Чтобы уйти от отчаяния, послушай стрекот цикад.

Здесь отражены чувства того, кто впервые начал практиковать созерцание. Его можно сравнить с челове ком, который только что вышел из дома в поисках быка, чтобы найти его и надеть на него веревку. Все мы, кто заявляет, что пестует Путь, обычно должны пройти че рез описанную здесь трудную ступень. Какие удовольствия находим мы в жизни в миру? Хорошо есть, хорошо одеваться, быть богатым, иметь доброе имя, семью, спокойный сон. Все это - наши ос новные телесные заботы. Однако, то, что мы называем "пестованием Пути", вступает с этими заботами в про тиворечие. Жизнь в обычном мире подобна следованию течению реки. Но пестовать Путь - это все равно, что плыть вверх по течению, против потока. С изначальных времен тело привыкло к каким-то удобствам. Теперь же мы вдруг решаем пестовать Путь, практикуя созерцание. На что же это похоже вначале? Это подобно обна ружению себя сидящим напротив серебряной горы или же лезной стены. Итак, вы столкнулись с "высокими гора ми, глубокими водами и густыми зарослями травы". В этом месте вы часто хотите знать, есть ли вообще ка кое-то продвижение в созерцании. Вы начинаете расс матривать разнообразные способы усовершенствования своей практики. Вы обнаруживаете себя в полной расте рянности относительно того, что же вам делать.


2. ВИДИШЬ СЛЕДЫ КОПЫТ

Чаща колючих кустов, неясное журчание текущей воды. Но повсюду следы копыт - верная ли это тропа? Если хочешь продеть ему в нос кольцо и связать, не полагайся на чужие силы!

Ваша главная цель не в том, чтобы пробовать раз ные способы все для себя облегчить. Если вы намерены пестовать разум, тогда вы должны практиковать созер цание. И пусть вы даже стараетесь, в созерцании может не быть видно продвижения. Так что вы должны напоми нать себе о необходимости такой практики. Таким обра зом вы сможете опознавать и управлять рассеянными мыслями, которые выдергивают вас из созерцания. Когда вы с великими трудностями прорываетесь че рез "чащу колючих кустов", то можете услыхать "неяс ное журчание текущей воды". Это относится к вмеша тельству некоторых внешних препятствий, которые время от времени мешают практике. "Неясное журчание текущей воды" означает, что присутствует мара-демон. Это мо жет заключаться в том, что люди вокруг вас, ваша семья или плохие друзья начинают вам говорить, что надо бросить мысли о созерцании, поскольку это вряд ли куда-нибудь вас приведет. Но, вместо того, чтобы их слушать, вам следует с тщанием внимать словам будд, патриархов и других мудрых духовных учителей. Если вы будете так поступать, решимость быть настой чивым в практике взрастет в вашем уме. Приняв такое решение, "если хочешь продеть ему (быку) в нос кольцо и связать, не полагайся на чужие силы!" Истинная и правильная практика требует способ ности крепко стоять на собственных ногах и не зави сеть от чужой поддержки. Вы должны все усилия прило жить сами. Вы не можете заимствовать чью-то силу. Будда может произнести восемьдесят тысяч проповедей, патриархи могут вновь и вновь говорить о том, чтобы "указывать на ум, видеть природу и становиться буд дой", прочие учителя могут давать всяческие советы о том, как совершенствоваться в своей практике. Однако, все их слова могут служить лишь указателями, отмечаю щими дорогу. Вступив на путь, вы должны пройти его сами. Есть все еще люди, которые вместо того, чтобы приложить собственные усилия, надеются, что найдутся те, кто смогут дать им необходимые для совершенство вания силы. Они думают, что просто благодаря тому, что они полагаются на какого-то учителя, их практика обречена на успех. Такие люди склонны верить, что просто посетив хорошего учителя, который отвесит им пару ударов, они тем самым будут спасены. Но так не бывает. Если в вашей практике нет продвижения, нет никаких оснований ожидать, что кто-то другой сможет это продвижение обеспечить. Если продвижения нет, то это только потому, что вы сами не прилагаете доста точных усилий. Глупо думать иначе. Смешно жаловаться, что никто вам не помогает, когда вы сами не прилагае те достаточных усилий. Поэтому, "если хочешь продеть ему в нос кольцо и связать, не полагайся на чужие си лы!" В этом месте вы также можете начать замечать, что "повсюду следы копыт". Это дает вам веру в то, что сейчас вы наверняка на "верной тропе". Ваша цель - идти по этим следам. Вы должны продвигаться, цели ком полагаясь на собственные усилия. Идти по этим следам - все равно, что восходить на высокую гору. Если бы кто-то даже десять тысяч лет стоял неподвижно у подножия этой горы, уставившись на нее, не было бы в этом никакой пользы. Шаг за шагом, он сам должен следовать по тропинке к вершине. Конечно, идущий быстро дойдет туда раньше идущего медленно. Но неваж но, как быстро вы движетесь, идти вы должны сами.


3. ВИДИШЬ БЫКА

Среди ветвей ивы, колеблемых весенним ветерком, поет иволга. Разве может воробей испытать ее радость от зова друга? Не мерцание ли луны освещает в чаще мой дом?

По мере вашей настойчивости в следовании отпе чаткам, оставленным быком, вы, в конце концов, все чаще и чаще начинаете видеть мелькание его хвоста. Так впервые бык попадается вам на глаза. Корейцу кажется, что иволга говорит своей пес ней: "Красивый, красивый, расчеши свои волосы и при ходи". Такого рода брачную песнь я и имею в виду в своем стихе. Но "разве может воробей", который не умеет петь так, как иволга, "испытать ее радость от зова друга?" Или разве может простой воробей оценить чудесное время, когда золотистая иволга летает взад и вперед среди деревьев в поисках друга? Посвятив практике некоторое время, постепенно начинаешь продвигаться. Это подобно тому, как всмат риваешься в далекую луну и видишь, как ее свет неясно мерцает в чаще. Такой свет похож на тусклое мерцание светлячка. Если вы настойчивы в своем созерцании, слабое прозрение вспыхнет на несколько мгновений, словно отблеск светлячка, умрет, снова вспыхнет, и снова умрет. Вот к чему относится строчка: "Не мерца ние ли луны освещает в чаще мой дом?" На этой ступени вы испытываете то, чего никогда ранее не видели и не слышали. Узнав теперь, что это существует, вы думаете, что будет правильным продол- жать следовать в этом направлении. В такое мгновение ум должен принять важное решение. Стремясь поддержи вать хваду, вы с большими трудностями пробирались че рез заросли колючих кустов. Теперь же слабый лунный свет засиял в чаще. Хотя вы воодушевлены продолжать, это все еще время сомнений и неуверенности.


4. ЛОВИШЬ БЫКА

Продвижение трудно; быку в нос продето кольцо. Но этот яростный нрав тяжело укротить. Таскаясь повсюду, блуждаешь в покрытом туманом лесу.

"Продвижение трудно" означает, что вы должны вы носить телесные тяготы, не заботясь, будете ли вы жить или умрете. Именно в это время "быку в нос про дето кольцо". Но хотя ему в нос продето кольцо, его "яростный нрав тяжело укротить". Что бы вы ни делали, бык всегда будет пытаться быстро отпрянуть и убежать. Временами, однако, практика продвигается хорошо, словно лодка, которую тянут по льду. Но через ка кое-то время это перестает быть так легко и становит ся так же трудно, как заставить лошадь пить воду, когда она этого не желает. Неважно, насколько близко вам удалось подвести лошадь к воде, она будет продол жать избегать ее и рваться прочь. Сразу же укротить "яростный нрав" быка воистину очень трудно. "Таскаясь повсюду, блуждаешь в покрытом туманом лесу". В таком месте луна светит лишь время от време ни. После того, как вы поймали быка и немного прота- щили его вперед, внезапно он потащит вас в другом направлении. Вы пытаетесь тянуть его обратно, но ему вновь удается таскать вас повсюду. И так продолжается снова и снова. Теперь вы с великим трудом сражаетесь в покрытом туманом лесу. Туман плотный, и лес густой. И вы продолжаете блуждать повсюду, хватаясь за быка и пытаясь тянуть его в нужном направлении. Так что же это за трудное время? Это относится к ступени, когда созерцание частично состоит из хваду, частично из рассеянных мыслей и частично из погруже ния в забытье. В такое время эти три составляющие как бы соревнуются между собой: иногда вы обнаруживаете себя в забытьи, иногда в окружении рассеянных мыслей, а в остальное время - сосредоточенным на хваду. Это очень трудное время, потому что сейчас вы действи тельно сражаетесь с быком.


5. УКРОЩАЕШЬ БЫКА

Опасаясь, что он может вступить на опасный и неровный путь, Вы крепко его удерживаете кнутом и уздой и обеими ногами прочно упираетесь в землю. Пройдя эту поворотную точку, бык начинает идти за вами.

Именно на этой ступени вы учитесь удерживать бы ка на верном пути. "Опасаясь, что он может вступить на опасный и неровный путь" относится к достижению определенной ступени практики, когда вы снова объяты сомнениями, что никакого продвижения нет. Вы думаете, что, несмотря на все ваши усилия и претерпеваемые ва ми трудности, созерцание продвигается недостаточно быстро и хорошо. Вы снова испытываете искушение сдаться и, вместо того, изучать какие-то сутры или читать какие-то мантры. Вы можете даже представлять, как становитесь настоятелем богатой обители или жени тесь на хорошенькой девушке и обустраиваете свою мирскую жизнь. Неважно, сколь много усилий, как вам кажется, вы вкладываете в практику, они не приносят плоды так быстро, как бы этого хотелось. Всякого рода мысли вскоре начинают тревожить ваш ум. Вы спрашиваете: "Занимаясь этим, приду ли я в самом деле к чему-либо? Что я делаю?" Это сейчас мара вошел в ваш ум. Вы осознаете опасность, что бык "может вступить на опас ный и неровный путь". Это может быть устрашающим вре менем. Так что вы должны "крепко его удерживать кну том и уздой и обеими ногами прочно упираться в зем лю". Иначе он действительно может вырваться и спотк нуться на опасном пути. Если вы некоторое время прилагаете большие уси лия, то вы пройдете "поворотную точку". После этого "бык начинает идти за вами". Это так, потому что, раз вы прошли поворотную точку, то вы, так или иначе, преуспеете в том, чтобы окончательно укротить быка. Тогда вы поймете, что, даже если вы вернетесь в мир, от этого не будет никакой пользы. Как бы хорошо вы ни кормили и ни одевали свое тело, какими бы удобствами и безопасностью его ни обеспечивали, однажды оно ста нет не более, чем грудой останков. Хотя прежде подоб ные вещи вас искушали, теперь вы решаете оставить их. Вы также решаете отречься от всякого положения в ми ру, от богатства и славы; от почета, который вы могли бы иметь в духовной общине, будучи настоятелем; от уважения, которое получали бы за проповедь Дхармы, изучи вы сутры. Теперь вы решили постичь свой собс твенный ум и стать достигшим [освобождения] святым существом посредством единственно практики созерца ния. Как только в уме появляется подобная твердая ре шимость, вы действительно захватываете твердыню хва ду. Таким образом, бык теперь укрощен, хваду держится прочно и не движется. Для такого человека, когда он уходит - это практика; и когда он приходит - это тоже практика. Пройдя поворотную точку, бык уже послушно идет без того, чтобы вы хватали его и тащили.


6. ВОЗВРАЩАЕШЬСЯ ДОМОЙ ВЕРХОМ НА БЫКЕ

Сидя верхом на быке, счастливо возвращается достойный человек. Звук его флейты смешался с пунцовым небом: им найден сад радости. Кому еще ведом тот бесконечно приятный вкус?

Когда вы прошли поворотную точку и практика ста ла не такой напряженной, тогда начинает возникать то, что зовется "единой однородной массой". Теперь, когда вы сидите, хваду просто здесь как оно есть. Пусть вы весь день сидите - вы не замечаете сидения; пусть вы весь день ходите - вы не замечаете ходьбы; пусть вы весь день едите - вы не замечаете еды; пусть вы спите весь день и всю ночь - вы не за мечаете, что уснули. Таково состояние единой однород ной массы. Когда уходите, хваду уходит; когда прихо дите, хваду приходит; когда едите, хваду ест; когда говорите, хваду говорит; когда спите, хваду спит; да же когда испражняетесь, это хваду испражняется. Хваду более не появляется и не исчезает снова и снова. При ходя и уходя, оно просто таково, как оно есть. Когда человек, который находится в таком состоя нии, сидит, он подобен огромной непоколебимой горе. Когда он сидит, то просто сидит. Он действительно держится, как гора. Так "сидя верхом на быке, счаст ливо возвращается достойный человек". Сидя верхом на быке, вы играете на флейте. Те перь вас вовсе не заботит, угодите ли вы в клочья ту мана или в заросли колючек. Созерцание достигло точ ки, где вы можете практиковать даже посреди оживлен ной рыночной площади. Вы можете созерцать, собирая хворост в горах, пропалывая огород или трудясь на ри совой делянке. Что это значит - сказать, что "звук его флейты смешался с пунцовым небом" и что "им найден сад ра дости"? Играя на флейте верхом на быке, человек может поволе им управлять. Предоставленный самому себе, бык будет просто следовать нужным путем. Теперь, когда он укрощен, как ни мало вы ему уделяете внимания, он больше не пойдет туда, куда не позволено. Что же до вас, неважно, спите ли вы или движетесь, стоите или лежите, никто другой не узнает о внутреннем самообла дании, которого вы достигли. На этой шестой ступени практика действительно начинает с каждым шагом идти вперед.


7. ЗАБЫВАЕШЬ О БЫКЕ И ОСТАЕШЬСЯ ОДИН

Яркая луна и прохладный ветерок: какой замечательный дом! Сидишь в полном одиночестве, бык ушел восвояси. Даже если ты дремлешь до рассвета, что проку тебе от кнута и узды?

Восходит яркая луна, и дует прохладный ветерок: это воистину лучшее жилище. Какой это замечательный дом! Теперь бык ушел. Сперва вам приходилось прила гать усилия, чтобы быка удержать; затем, через ка кое-то время, он стал идти за вами по собственной во ле. На этой ступени вы совсем не должны уделять ему никакого внимания. Он сам по себе правильно движется по пути. "Даже если ты дремлешь до рассвета, ..." Это оз начает, что просидев всю ночь, не замечая течения времени, когда вы дремлете, слегка согнув спину, вы не можете понять: это все еще ночь или уже занялся день. Много лет назад в обители Хэинса Кенхо-сыним просто тихо сидел день и ночь, слегка согнув спину. Заметив это, проповедник сутр, живший поблизости, послал ему записку, которая гласила: "Поскольку дос топочтенный монах постоянно дремлет, склонив голову, то представляется, что он не находит ничего лучшего, кроме как спать". На это Кенхо-сыним ответил: "Пос кольку мне больше ничего не осталось делать, теперь моя единственная задача - спать". Поскольку бык поп росту таков, каким должен быть, более нет нужды его подстегивать. Поэтому на данной ступени, даже если вы только спите, ваша практика все равно будет продви гаться. Кенхо-сыним далее добавил: "Сидя на высоком си деньи, нет нужды думать о том или этом. Просто сидишь в самадхи без всяких мыслей." Такой человек остается в самадхи независимо от того, сидит он или спит. Он продолжил: "Сидя без всяких мыслей, пребываешь в по кое и таковости. Так приходишь в свое природное сос тояние. Зачем же тревожить меня, поднимая слабый ве тер? Вместо того, чтоб позволить мне спать спокойно в лесу, зачем вынуждать меня плыть по воздуху?" На этой ступени вы продвигаетесь всецело самостоятельно и не нуждаетесь в кнуте и узде.


8. ЗАБЫВАЕШЬ И БЫКА, И СЕБЯ

Если разрушилось даже пространство, как могут остаться препятствия? Разве может снежинка уцелеть в пылающем пламени? Ты радостно приходишь и уходишь: разве ты можешь не смеяться все время?

И бык, и человек теперь забыты, и вы сидите в тишине и пустоте. В такое время "разрушилось даже пространство". В нашем нынешнем состоянии все явления - включая пространство - воспринимаются как существу ющие. Но в это время пространство разрушается. Это, наконец-то, миг пробуждения. Дабы проявилась изна чальная природа, необходимо, чтобы разрушилось даже пространство. "Разве может снежинка уцелеть в пылающем пламе ни?" Когда пребываешь в таком состоянии, от будд и патриархов нет более никакой пользы. Ибо это время "убить Будду, убить патриархов". Поскольку от будд и патриархов нет больше пользы, как можете вы различать обычных существ и святых? Кто будет обычным? И кто будет святым? Ни одна снежинка не может здесь уце леть: будды и патриархи вам более не нужны. "Ты радостно приходишь и уходишь: разве ты мо жешь не смеяться все время?" Чудесно приходить и чу десно уходить. Лежать на спине чудесно и чудесно ле жать на животе. Вы можете идти, куда захотите, через тройственный мир страданий. В аду ли вы, среди голод ных духов или среди животных - все чудесно. Обнаружи ваете ли вы себя в преисподней, на небесах или в зем лях будд, вы можете только смеяться.


9. ВОЗВРАЩАЕШЬСЯ К ИЗНАЧАЛЬНОМУ МЕСТУ

Найдено мое собственное сокровище: все эти усилия были излишни! Было бы лучше быть слепым, глухим и немым. Горы и воды просто такие, каковы они есть; как и птицы среди цветов!

Наконец-то вы поняли, что нашли свое собственное сокровище, о котором напрочь забыли. Когда вы спокой но об этом думаете, то сознаете, что во всех тех уси лиях, которые вы вложили в практику, не было необхо димости. Теперь, когда вы просто открываете рот - это учение Дхармы; когда прогуливаетесь - это тоже учение Дхармы. Подобный человек просто таков: больше нечего прибавить. Нет ничего, что не было бы Дхармой. Дейс твительно, вам было бы лучше быть слепым, глухим и немым. Почему? Потому что вам не пришлось бы вовле каться в решение столь многих бесполезных задач. Те перь "горы и воды просто такие, каковы они есть". Та кова Дхарма неодушевленной [природы].


10. ПОЯВЛЯЕШЬСЯ НА РЫНОЧНОЙ ПЛОЩАДИ, ЧТОБЫ УЧИТЬ И ПРЕОБРАЖАТЬ

Оборванный и голодный, ты выходишь на рынки и улицы. Пусть ты даже в грязи и в пыли, но почему смех должен стихать? Пчелы и бабочки рады тому, что на высохшем дереве распустились цветы.

Дабы приносить благо живым существам, вы вольны действовать так, как сочтете нужным. Вы пестуете путь бодхисаттвы, бродя тут и там по улицам и площадям. Вы исполняете деяния бодхисаттвы: если кто-то попросит у вас то, что вы носите или едите, вы просто отдаете это ему. Что бы вы ни делали, все чудесно. Если обс тоятельства благоприятны, вы улыбаетесь; и если обс тоятельства неблагоприятны, вы все равно улыбаетесь. Со смехом вы все принимаете как оно есть - как дурак! В это время "цветы распускаются на высохшем дереве". Таким образом, что бы такой человек ни делал, он угождает всем живым существам.

Этим завершается мое объяснение десяти картинок об укрощении быка. Боюсь, что не сделал это достаточ но хорошо, и преуспел лишь в том, что пробудил мно жество рассеянных мыслей. Как говорили древние:

Когда птица летит, она роняет перья; Когда рыба резвится, вода становится мутной.


На главную страницу "Мир Будды", Новости буддизма

Магазин
Магазин
Ши Дэцянь
Ши Дэцянь
Наверх